Надо было идти. Дрожа в мокрой одежде, я стала подниматься по склону в темную чащу, когда почувствовала, что не одна. Словно что-то толкнуло в спину, и я побежала. Задыхаясь, спотыкаясь и почти падая, я неслась напролом через колючие кусты, заросли папоротников, между белесыми, будто призраки, стволами берез, но тяжелые шаги и чужое сиплое дыхание по-прежнему преследовали меня. А потом неизвестный крикнул:
– Берегиня, ты все равно не уйдешь! Мы так долго тебя догоняли!
Я налетела на поваленный ствол и кубарем покатилась под уклон, заверещав на весь лес. В какой-то момент пальцы судорожно сжались на тонкой хворостине куста, тело с силой дернулось, и я поняла, что повисла. С шелестом рядом со мной прокатились камни и сорвались вниз. Я опустила голову: под ногами ничего – пропасть. Ладонь медленно соскальзывала. Барахтаясь, я пыталась подняться, но все казалось тщетным. Расщелина словно звала меня вниз, приглашала и умоляла.
Сжав зубы, я попыталась подтянуться, но именно в этот момент надо мной появилось обезображенное лицо наклонившегося Хранителя с желтоватыми змеиными глазами. От неожиданности мои руки сами отпустили тонкие веточки кустика, и с диким визгом я полетела навстречу каменистому дну.
Короткий полет.
Оглушительный удар.
Странная, затопляющая сознание боль… Но тут же отступившая, словно испуганная птичка, спрятавшаяся в кроне дерева.
А в небе, высоко, мерцало неслыханное количество звезд. Далеких и недоступных. Умерших – над умирающей.
Кто сказал, что перед мгновением смерти мы видим всю нашу прошлую жизнь? Какая глупость, право слово. Перед смертью очень-очень хочется узнать, что было бы ПОТОМ.
Я сипло последний раз втянула в себя жадный глоток воздуха… и умерла.
Часть третья Двое
Часть третья Двое
Высоко в небе, чуть розоватом от восходящего солнца, металась черная точка. Она поднималась все выше и выше, потом падала камнем, расправив крылья летучей мыши, и снова взмывала, будто воздушные потоки ласкали ее.
Там, внизу, где лес резко перечеркивала глубокая каменная пропасть, над хрупкой женской фигуркой со странно, неестественно раскинутыми руками молились пятеро мужчин в черных одеждах. А наверху, у самого обрыва, где свидетели и невольные виновники этой нелепой смерти не могли его видеть, стоя на коленях, рыдал мужчина. Его сильные плечи сотрясались, а руки от бессилия сжимались в кулаки. Он хватал себя за черные, с уже заметной сединой волосы и, кусая губы, плакал как ребенок. Он грозил небу, сыпал проклятиями, он умолял Ее вернуться обратно. Ненавидеть его, презирать, но быть живой. И его черные глаза-вишни, обращенные к слепящему оранжевому диску, были полны отчаяния и боли…
Болотный демон сделал очередной круг, чтобы снова и снова изумиться глупости людей. Девушка не дышала.






