Отправим тебя «Аэрофлотом».
– Но «Аэрофлот» из Эфиопии не летает!
– А ты доберись до страны, откуда летает, и тебя бесплатно заберут.
Снова посмотрел на карту. Было два варианта: Египет и Эмираты. Оставшихся денег хватало на билет до Эмиратов. Распорол джинсы, в которых были зашиты доллары, спрятанные от грабителей. Поменял их на эфиопские быры. С мешком мятых быров я пришёл в агентство и купил билет в Дубай.
В аэропорту Дубая пришлось задержаться. В город не выпускали. Рейс «Аэрофлота» через полтора дня, а у меня – ни копейки. И вокруг всё такое роскошное… Арабские шейхи важно ходили с охотничьими беркутами на плечах, за ними на электромобилях ехали замотанные в ткань жёны и сверкали подведёнными глазами. Попадалась и малобюджетная публика вроде меня: бангладешцы, пакистанцы, малайцы. Они лежали в проходах, за скамейками и кадками с пальмами. И что-то жевали.
Надо продать шейхам что-нибудь ненужное, думал я. Порылся в рюкзаке – и обнаружил мешочек с монетами. Это были юбилейные советские рубли с Лениным, купленные в лавке старьёвщика. Я брал их с собой в Африку на сувениры, чтобы дарить хорошим людям.
Подходя к арабам, я заводил разговор издалека:
– Салям алейкум! Говорите ли вы по-арабски?
Арабы удивлённо кивали. Первое «да» получил – считай победил; важное правило уличного торговца. Развивая успех, я предлагал: «Купите Ленина!». Знания арабского мне хватало, чтобы рассказать мою историю. О том, что проехал через Ближний Восток и Северную Африку, заболел малярией и теперь возвращаюсь домой. А Ленин – не просто монета. Это оберег на счастье!
Цену я не устанавливал. Сколько шейхи за Ленина предлагали, на столько и соглашался.
За день заработал огромную сумму – почти 150 долларов.
Домой я возвращался с деньгами – причём с суммой чуть ли не большей, чем та, что была на старте поездки.
В самолёте рядом со мной сидела пара отдыхающих, возвращавшихся с дубайского курорта. Они были румяны, полны собой, – и слегка вжали меня в иллюминатор.
– У меня малярия, – сказал я им доброжелательно. – Но не бойтесь, она не заразная. Если только в салоне самолёта не летают комары.
– Выздоравливайте, – испуганно сказали отдыхающие и пересели на другие места, не притронувшись к принесённой им еде; пришлось съесть три порции.
Дома в Петербурге я пошёл в поликлинику.
– Что это вы такой жёлтенький, заболели? – спросила женщина-врач, и отправила меня в инфекционную больницу им. Боткина.
Я пришёл в больницу и сказал на регистрации, что у меня малярия.
– Посидите, – указала на лавку сотрудница в белом халате и убежала.
Через десять минут примчалась бригада с кроватью на колёсах.
– Вы не видели, тут больного с малярией привезли? – крикнули они мне.
Я признался, что пришёл сам, меня уложили на каталку и повезли.






