ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Григорий Кубатьян – путешественник, член Русского географического общества, военкор, участник СВО. Уроженец Петербурга, он объехал – автостопом, на велосипеде, на кораблях – половину мира, написал об этом несколько книг («Жизнь в дороге», «В Индию на велосипеде», «Великий африканский крюк», «От Мексики до Антарктиды» и др.), а осенью 2022-го ушёл добровольцем на СВО в батальон «Ахмат». «О биографии Григория Кубатьяна можно было б снять кино. Он колесил по всем континентам, бродяжничал по Индии, в Ираке во время войны сидел пленным в американском лагере, ходил на паруснике в кругосветку… Обычно такие люди – пересекающие планету наискосок, – живут по принципу “ни родины, ни флага”. Он же в скитаниях своих понял цену Отечеству – и ушёл воевать за то, что все мы утеряли. ... В книге “Осень добровольца”, бесхитростной как исповедь и предельно честной, есть многое – но точно нет зла, мстительности, ненависти, сведения счётов… Христианская книга простого советского парня Кубатьяна о русской беде, постигшей нас. …Но раз мы по-прежнему умеем писать добрые книги о войне – беда преодолима». (Захар Прилепин)

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Двое волонтёров ходят и фотографируют разгрузку – для отчёта. Их организация из Белгорода, но продукты и вещи присылают им со всей России: короба с мёдом и надписями «Желаем победы!», закрутки с солёными огурцами, пакеты с печеньем, вязаные носки и перчатки, шапки и шарфы, письма и детские рисунки.

Тайга и Барон раскладывают в нашем закутке покупки: банки с энергетиком, батарейки, пачки кофе.

– Времени было мало. Я автомат в кузове оставил, а про гранаты забыл, – смеётся Тайга. – Забежал в супермаркет в разгрузке с гранатами. Вообще так нельзя. У них там всё по гражданке, мирное время, как в Москве почти. Зато молодые девчонки-продавщицы только на меня смотрели!

Коробками и тюками с гуманитарной помощью забит весь коридор. Старшина раздаёт зимнюю одежду. Выдаёт на пару размеров больше, чтобы можно было поддеть под неё несколько комплектов термобелья. На случай если придётся спать зимой в окопах.

У меня теперь есть зимние штаны с подтяжками – огромные, похожие на клоунские; сначала начинаю движение я, потом штаны. Зато с тёплой курткой они смотрятся хорошо: я выгляжу массивнее, чем есть на самом деле. Нам выдают новые футболки, шапки, зимнюю обувь с тёплыми стельками. Теперь ноги не будут мокнуть и мёрзнуть.

Детские рисунки развешиваем в коридоре, превратив его в подобие картинной галереи. Школьники желают бойцам победы и благополучного возвращения домой. Некоторые из картинок очень забавные: танк загнул вверх кривое дуло и стреляет по летящему в небе чёрному вражескому самолёту. В целом рисунки трогательные и милые. На одном из них среди дымящихся руин стоит российский флаг, надпись внизу гласит: «Солдат, тебя ждут дома!». Пока я их разглядываю, несколько раз подступает ком к горлу.

Одна из девочек, по имени Вероника, вместе с рисунком передала самодельную игрушку – плюшевого кролика.

– Надо же, кролик! – удивляюсь я, трогая эту игрушку. У меня был когда-то почти такой, живой.

Девочка оставила и свой номер телефона – на случай, если бойцы захотят ей позвонить. Мы договариваемся, что когда будет возможность, обязательно ей наберём – и поблагодарим.

Пашка был невысоким, коротко стриженным. У него был мрачный взгляд, он любил странные присказки и мечтал заняться хоть чем-нибудь.

В девяностых Пашка был предпринимателем. То бегал с пистолетом за должниками, то разбирал закрывшиеся предприятия на цветной металл. Однажды отобрал у колхозников грузовик. Потом занимался транспортными перевозками, хорошо заработал. Но не выдержал успеха – запил, разругался с бизнес-партнером и всё потерял. Правда, у него ещё оставалась недвижимость.

Мы сидели в его большой петербуржской квартире. Обстановка была из «Икеи» и для нулевых смотрелась модно.