ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Ожидания от совместной работы с главным врачом сети клиник "Эккерт-про" — высоченным красавчиком Тимуром Эккертом — нервные срывы, усталость, дискриминация по всем направлениям. А еще, учитывая слухи, мне стоит готовиться к давлению и даже домогательствам. Побочные эффекты в виде страсти и уж тем более всяких там нежных чувств — не ожидаются. Точнее, исключены полностью и не учтены в расчетах.Я, хирург Алена Евсеева, никогда не считала себя наивной. Все, чего я когда-либо хотела, — это помогать своим пациентам. Поэтому, несмотря на риски, я устраиваюсь в "Эккерт-про". И, набравшись смелости, немедленно выхожу на смену. Самостоятельная история

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Кошкин уже на каталке для перевода в реанимацию: показатели стабилизированы, но он все еще бледен.

— В одиночную палату его! И посадите рядом охранника! Только убедитесь, что охранник с ним не в контрах! Черт его дери! — Последнюю фразу Эккерт буквально рычит.

Я впервые вижу, чтобы он ругался в стенах больницы.

У меня все еще ступор от переизбытка адреналина. Вот вам и клиника по увеличению писюнов.Легкая работенка.Не обремененная лишней ответственностью. Еле с того света вытащили!

— Все отдам за брусничный морс. Два стакана, — выдыхаю я.

— Возьмите и на меня тоже.

Молча пройдя по коридору, мы расходимся по раздевалкам.

Спустя десять минут пьем морс в ординаторской. По-прежнему молча. Эккерт как обычно занимает подоконник, откуда лучший обзор, я украдкой бросаю на него нежные взгляды.

— Что вы хотите мне сказать? — вздыхает он.

— Это была прекрасная работа.

— Спасибо. Надо же. Я польщен.

— Вам спасибо. Мало того, что вы прекрасно сложены, вы еще и ответственный, талантливый хирург.

— Прекрасно сложен? — переспрашивает Тимур, явно заинтересовавшись.

— Вы ведь не просто так продемонстрировали мне свою форму.

— Вообще-то на меня срыгнул грудничок на плановом осмотре, я поднялся переодеться.

— Да бросьте. Что вчера, что сегодня — вы пытаетесь показать мне себя во всей красе.

Он буквально каменеет, резко поворачивает голову и впивается в меня взглядом, как удав в жертву.

— Я пошутила, — примирительно улыбаюсь.

ТээМ забавно, практически по-человечески закатывает глаза. Немного расслабляется и снова отворачивается к окну.

— Вчера в зале вышло не очень красиво. Мы неправильно друг друга поняли.

— Я не хотела вас обидеть. Разумеется, я не думаю, что вы пытались меня… соблазнить. Это было бы смешно.

— Почему смешно?

— Потому что слишком банально. Тогда некоторые мои друзья оказались бы правы: вы взяли меня на работу не из-за моих умений, а чтобы поиграть.

— Они вам точно друзья?

— Они за меня волнуются. Господи. — Тру лицо. — Тимур… — Наверное, впервые за всю свою жизнь я называю его по имени. — Простите, я всегда считала, что вы бездарны настолько же, насколько богаты. А богаты вы неприлично для честного человека. Даже сомнений нет, что вы умеете фехтовать, играть на скрипке и еще что-нибудь в этом роде! Вы же… оказывается, вы просто замечательный хирург. Простите, ради бога. Я чувствую себя поверхностной дурой.

Эккерт некоторое время молчит. Подняв глаза, я обнаруживаю, что он внимательно на меня смотрит.

— Спасибо, Алена. — В его голосе проскальзывает нотка непривычной мягкости, она шокирует, одновременно укутывая в теплый плед.

— Это от души.

— Я ненавижу скрипку и фехтование. И ненавидел все годы, что мне приходилось ими заниматься. — Легкая улыбка касается его губ.

Я усмехаюсь:

— Вот это признание.