— Отдел кадров в курсе!
— А за это — отдельное.
Глава 17
Глава 17
С отъездом Эккерта атмосфера в клинике меняется. А может, дело в моем пульсе, который становится ровнее.
Сердце не замирает, не несется вскачь, когда обращаются ко мне лично. Знакомая предсказуемость упорядочивает мысли. Эмоции стихают, и мои чувства, словно воды моря, перестают волноваться, ложась ровной гладью.
Даже оставшийся за главного Роман Михайлович не может выбить из колеи, хотя открыто недолюбливает. Причина его резкости и косых взглядов — ясна. Это не страшно. Я ожидала чего-то подобного и спокойно реагирую на любую колкость.
Намного больше пугает буквально осязаемая недосказанность между мной и его младшим братом.
Залог отличной учебы и погружения в профессию — отказ от личной жизни. Вряд ли в мире найдется столь понимающий мужчина, готовый ждать жену со смен и терпеть стрессы. Поступая в мед, я понимала, на что иду, и, в общем-то, смирилась с одиночеством. Оно тяготит лишь иногда. Бывают дни или даже недели, когда я ощущаю такую сильную нехватку человеческого тепла, что размышляю, не ошиблась ли. Снова и снова пересматриваю «Отпуск по обмену» и «Бриджит Джонс», стараясь чуть-чуть согреться.
Обычно это случается зимой, когда холод проникает под одежду, щиплет щеки и пальцы. При этом, с тех пор как Денис женился, я ни разу не страдала по кому-то конкретному. Комиссаров не знает, но, когда он появился в университете с кольцом на пальце, мне показалось, что молния ударила под ноги. Я ни разу не дала ему понять, что несколько месяцев страдала из-за него. Чужое счастье — табу, а у меня была медицина.
Спустя пару лет я смирилась с тем, что, по-видимому, асексуальна. У каждого свой путь. Мой — помогать ментально здоровым женщинам стать здоровыми физически. И наверное, строй я собственное счастье, не смогла бы в полной пере сосредоточиться на проблемах пациенток.
Может быть, позже.
Может, однажды.
Или же никогда.
Но мне определенно стоит меньше думать о голубоглазом боссе и его чуть с хрипотцой мягком голосе, когда тот произносит мое имя.
Эккерты — неприкосновенны. Из-за Тимура и его брата слишком часто плакали девчонки на факультете, чтобы хотя бы позволить себе задуматься.
Закрыть глаза перед сном и представить надменный профиль.
Странную улыбку.
Внимательный взгляд. И пальцы — такие быстрые и умелые во время операции.
Где он так научился? Неужели, играя на скрипке?!
***
Иногда в своих мыслях я сравниваю больницу с живым организмом. Пусть в столовой или «гостиной» нередко слышится смех и разного пошиба шутки, работаем мы четко и слаженно.
Каждый отвечает за свою сферу, покрывает важные задачи. Иногда мы заменяем друг друга, помогаем, подсказываем. Никто не отказывается от работы.






