ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Я не помню войну, в которой мы проиграли. Я не помню, каким был мир, когда в небе светило солнце — до того, как Боги забыли о нас. Пустота в моей душе чернее Разлома, из которого лезут чудовища, она гнетёт и разъедает... поэтому я должна вспомнить, собрать мою жизнь по осколкам вокруг того единственного, который сохранился, — с моим именем. Каролина. Каролина Мэри Соммер Я не помню войну, в которой мы проиграли. Я не помню, каким был мир, когда в небе светило солнце — до того, как Боги забыли о нас. Пустота в моей душе чернее Разлома, из которого лезут чудовища, она гнетёт и разъедает... поэтому я должна вспомнить, собрать мою жизнь по осколкам вокруг того единственного, который сохранился, — с моим именем. Каролина. Пролог Пролог Птицы дрожат от холода, но поют. Ждали весну, не пришла, как обычно – врёт. Где-то в застывшей грязи, ледяном снегу Солнце лежит и думает, что умрёт. Рика Иволка Перья мёртвой птицы согревали ладонь. Может, обойдётся ещё? Начало зимы в этом году суровое. Силы природы будто ополчились на людей за смирение и наслали на северные провинции Мидфордии ледяной ветер, который жалил глаза и царапал душу. Прошлая зима была мягче. Так говорят… а я слушаю молча, не спорю. Мне-то откуда знать. Я ускорила шаг, благо стёртая подошва почти бесшумно ступала по грубо вымощенному переулку. Не хватало ещё дозорным попасться: меж давно прокричал. Вот он, покосившийся дом в конце переулка – стоит отдельно от других, чтобы клиенты перекупщика или сапожной лавки случайно н

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

– Я помогал тебе вспомнить, – колдун повернул спицы и начал вязать следующий ряд. – Всякий раз надеялся, что в этой новой жизни ты обретёшь своё счастье и не появишься больше, но проходило время, и судьба вновь приводила тебя на мой порог. И вновь ты не помнила нашу прошлую встречу и всё, что случалось до неё.

– Какие воспоминания вы мне возвращали?

Вдруг я осознала, что больше не мёрзну. Чай ли это, страх ли, но всё тело охватил жар.

– Не знаю, ты ни разу не рассказала. Но уходила от меня бледная, чуть живая. Думается мне, что страшные эти воспоминания, не хочешь ты их, вот и отвергаешь. Зачем же снова приходишь…

Он не спрашивал, а сожалел.

– А кем ещё я бывала?

Пусть хоть окошко приоткроет мне в запертой комнате, если ключи от неё всегда теряются.

Колдун снова улыбнулся.

– Чего ты только не видала в жизни, Каролина! Ты служила на торговом судне, которое бороздило воды Кораллового моря. Была целительницей в госпитале. Недолго, но… – он запнулся, во взгляде промелькнула тень. – В общем, тяжёлое было время. Однажды ты совсем долго не приходила, а я радовался и боялся одновременно. Тогда ты жила хорошо, была любовницей богатого рокнурца.

– Рокнурца? Нет, я не стала бы!

Щёки мои вспыхнули. От возмущения, что связалась с врагом? Или же оттого, что была чьей-то любовницей. В этой короткой жизни от лета до начала зимы у меня не было мужчины. Если об ужасах войны мне рассказывали, от чудовищ предостерегали, то одиночество холодной постели тело узнало самостоятельно.

– И всё же тогда тебе жилось хорошо. Ты пришла ко мне красивая, чистая. Платье на тебе было… я такие лишь на королевских портретах видал.

– Всё равно я пришла?

– Всё равно. Как я уговаривал тебя оставить всё, не вспоминать. Ведь забудешь снова.

– Но мне нужно, пусть ненадолго! – Я прижала руку к груди. – Это разрывает меня… забвение как яд бежит с кровью по венам… отравляет, не даёт уснуть, не даёт дышать…

Колдун спокойно довязал ряд. Наверное, уже привык к моим жалобам.

– Волосы у тебя отросли, – заметил он. – Не такие красивые ещё, как раньше, но отросли.

Я невольно вскинула руку и нашла край волос: почти на середине шеи.

– А раньше красивые были? – я потянула прядь, будто от этого она могла стать длиннее.

– Красивые. Прошлой весной на тебя грабители напали, ударили железным прутом. Чтобы зашить дыру, доктору пришлось обрить тебе полголовы. А потом и остальное. Половина смешно смотрелась, так ты рассказывала.

Не в такое время нам посчастливилось жить, чтобы удивляться или пугаться от подобных историй. Не изнасиловали, не убили даже, всего лишь ударили по голове. Считай, повезло.

– Вот здесь? – я убрала за ухо седую прядь.

Колдун кивнул.

– Вы поможете мне снова вспомнить? И уж постарайтесь разговорить меня потом. – Я вымученно улыбнулась.