Кажется, в отличие от толпы, чудо исцеления не произвело на него никакого впечатления. Открытого конфликта или саботажа ждать от него не стоит, но и головокружительного успеха так же не последует. Впрочем, заменить его некем, так что придется кому-то за ним следить.
Несколько минут я еще следил тем, как Аластир с Дореном организовывают толпу и отбирают первую партию добровольцев, готовых на жертву ради увеличения пайки для всех последователей. Мысли мои блуждали по закоулкам разума. За прошедшие несколько дней со мной случилось столько всего, что кукухой двинуться недолго.
В покоях было как всегда тихо, зеленый свет лозы создавал определенный уют. Сейчас, пока Аластир с Дореном организуют последователей, я могу немного отдохнуть. Хотя надо признать, что усталости как таковой я не испытывал. Более того, чувствовал я себя так, будто кофе выпил.
Осмотрев свои иссеченные шрамами лопатообразные ладони, я без особого удивления обнаружил, что от ран, оставленных посохом Аластира, не осталось и следа. А ведь времени прошло едва ли полчаса. Скорость, с которой затягивались мои раны, просто поражала. Ну да ладно, я уже принял тот факт, что доставшееся мне тело обладает определенным рядом странностей.
Развалившись в каменном кресле, увитом вездесущей шипастой лозой, я позволил себе наконец расслабиться. Память затопили воспоминания о прошлой жизни, но почти сразу схлынули, стоило мне посмотреть в сторону прекрасного цветка, лежащего в металлической чаше. Вот она, панацея. Надеюсь, после того как мы наберем нужное кол-во последователей и посвященных, Аластир закончит ритуал, и я наконец верну себе человеческий вид. Сейчас я больше мумию напоминаю, чем живого человека.
На глаза вновь попались побитые жизнью и врагами доспехи, разложенные по полочкам небольшого стеллажа. Прорубленная кираса напомнила мне о том, что помимо угроз внутренних есть еще и внешние враги.
– Повелитель! – раздался со стороны входа кипящий от ярости женский голос.
Ну конечно, – вздохнул я мысленно, – на твою вотчину посягнули, и вот ты примчалась биться на смерть за свой статус.
– Входи, невеста Боли, – произнес я, принимая более подобающую владыке культа позу.
Получив разрешение, Кейра вломилась в мои покои с яростным энтузиазмом. Эх, твой напор да в мирное русло, – подумал я, смерив ее взглядом с ног до головы. Сейчас, когда рядом не было никого из жрецов для сравнения, она казалась низкой и хрупкой.
– Аластир и этот червяк Дорен привели в клети непосвященных! – выпалила она, задыхаясь от злости.
– И? – подначил я ее спокойно.
– Они не знают ритуалов, они не могут почтить Боль должным образом!
– И? – не стал я менять тактику. Пусть выговорится, и в запале сама развалит свою позицию.






