Я с чистой совестью захлопнула блокнот, повернулась к ноуту и нехотя открыла страницу с домашними заданиями в личном кабинете. Ладно уж задания, но там… Там, на самом видном месте, красовалась эта ненавистная фамилия.
Дело в том, что на самом деле никакая я не Анна Лебедева. Я – Анна Гусева. Угу, тоже большая водоплавающая птица. Но, согласитесь, есть разница – Гусевой быть или Лебедевой? Хуже Гусевой может быть только Уткина какая-нибудь. А я, между прочим, писателем стать хочу. Ну или журналистом в крайнем случае. В этом деле имя – ужасно важная штука! Папа, правда, утверждает, что знает целую телеведущую с фамилией Гусева. Так это еще хуже! Во-первых, кто этот телевизор сейчас вообще смотрит? Неизвестно еще, что там за ведущие такие. А во-вторых, второй я точно не буду! Поэтому свои стихи и рассказы давно уже подписываю красиво: «Анна Лебедева». А еще через год получу наконец паспорт и смогу официально поменять фамилию. Родители, между прочим, не против. «Можешь хоть Таракановой назваться, если к тому моменту не отрастишь мозги и не поймешь, какая все это чушь», – говорит папа. «Меняй-меняй, будем всем рассказывать, что в капусте тебя нашли и приютили из жалости. Или нет… Украли у цыган. Вместе с фамилией», – хихикает мама. Я, конечно, понимаю, что все это чушь, а точнее, сарказм. Ну и ладно! Посмотрим, как они смеяться будут, когда я это разрешение им через год припомню. А я припомню. Память у меня хорошая, а имя… Имя – это важно! Особенно для творческой личности и медийной персоны.
Вот Варьке, моей лучшей подруге, повезло. Ей от мамы досталось дико красивое имя: Варвара Александровская. Звучит! С таким именем хоть сразу в Большой театр иди. Танцевать там или петь…
Правда, Варька ни танцевать, ни петь не собирается.
А мать и вовсе зовет ее Варежкой. Ага. Я когда в первый раз услышала, полчаса, наверное, ржала. Надо же – Варежка! Хотя Варьке это имя почему-то идет.
А ее мама-писательница могла и похуже чего нафантазировать. Не удивлюсь, если она вообще родила дочь, только потому что смешное имя придумала, но ни одной книжной героине оно так и не подошло.
Вот и пришлось «сочинять» Варьку. Варежку, точнее.
С домашкой я проковырялась до вечера. Хотя, если честно, больше смотрела всякое в Интернете. В конце концов такую шикарную картинку нашла! С избушкой и огромными елками на фоне. Как будто специально для меня рисовали! Для того стихотворения. Называлась картинка странно: «Куда?», что ли… «Куды?», «Кудо?»… Как-то так. Только без вопросительного знака. Я, когда к себе сохраняла, переназвала, конечно – «Избш111» – куда лучше философских вопросов.
Ночью мне снился лес. Сначала нарисованный – вот прямо карандашом – на клетчатом фоне из блокнота, а потом настоящий, еловый.






