ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Что делать, если тебе тринадцать, а вокруг творится сплошная ерунда? Аня хочет кардинально изменить свою жизнь, Варя мечтает о покое и стабильности, Кирилл вообще не думает ни о каких переменах. Но поменяться придется всем. Ведь подменыши уже вышли из леса. Одно непонятно: причем здесь таинственный трикстер Керемет? Для среднего школьного возраста. Гуси-лебеди Тая Ларина Что делать, если тебе тринадцать, а вокруг творится сплошная ерунда? Аня хочет кардинально изменить свою жизнь, Варя мечтает о покое и стабильности, Кирилл вообще не думает ни о каких переменах. Но поменяться придется всем. Ведь подменыши уже вышли из леса. Одно непонятно: причем здесь таинственный трикстер Керемет? Для среднего школьного возраста. Глава первая, в которой трындят, страдают и даже пишут стихи Глава первая, в которой трындят, страдают и даже пишут стихи Аня Сначала все вообще было хорошо. Сначала я еще не родилась. И не успела наделать глупостей. А потом как началось… И вот, к тринадцати годам – пожалуйста, дурацкие стихи, дурацкие ситуации, дурацкое разбитое сердце. Сейчас расскажу, чего уж там. Позориться так позориться . В лесу стоит избушка. В избушке спит старушка. Старушка много лет Ждет гостя на обед. Придешь – не будешь рад. Дороги нет назад. Я фыркнула. Сочинится же ерунда такая! Надо совсем другое. Про чудесную школу и любимых учителей… Если я и завтра стишок не принесу, «любимая» Юлия Анатольевна мне лично голову открутит. Я нарисовала в блокноте открученную голову. На листочке в кле

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Гуси-лебеди

Тая Ларина

Что делать, если тебе тринадцать, а вокруг творится сплошная ерунда? Аня хочет кардинально изменить свою жизнь, Варя мечтает о покое и стабильности, Кирилл вообще не думает ни о каких переменах. Но поменяться придется всем. Ведь подменыши уже вышли из леса. Одно непонятно: причем здесь таинственный трикстер Керемет?

Для среднего школьного возраста.

Глава первая, в которой трындят, страдают и даже пишут стихи

Глава первая, в которой трындят, страдают и даже пишут стихи Аня

Сначала все вообще было хорошо. Сначала я еще не родилась. И не успела наделать глупостей. А потом как началось… И вот, к тринадцати годам – пожалуйста, дурацкие стихи, дурацкие ситуации, дурацкое разбитое сердце. Сейчас расскажу, чего уж там. Позориться так позориться .

В лесу стоит избушка. В избушке спит старушка. Старушка много лет Ждет гостя на обед. Придешь – не будешь рад. Дороги нет назад.

Я фыркнула. Сочинится же ерунда такая! Надо совсем другое. Про чудесную школу и любимых учителей… Если я и завтра стишок не принесу, «любимая» Юлия Анатольевна мне лично голову открутит.

Я нарисовала в блокноте открученную голову. На листочке в клеточку уже красовались треугольные елки и схематичный домик – та самая избушка. Голова получилась лохматая и почему-то очень довольная. Она катилась прочь от избушки и ухмылялась во весь рот. «Я от бабушки ушел», – тут же всплыло в памяти. Я снова фыркнула. М-да… Не девочка, а лошадь Пржевальского какая-то. Нужно взять себя в руки. А руки в ноги… Так, стоп! Аня, соберись! И не вздумай рисовать лошадь. Давай – последний звонок, школа, одноклассники…

«Наша школа – просто класс!» – неуверенно вывела я рядом с открученной головой. Посмотрела в потолок, немного погрызла кончик ручки. «Доведет до ручки нас!» – закончила я, так и не задействовав голову. Ни свою собственную, ни эту, уже открученную. И захлопнула блокнот.

Вот скажите, пожалуйста, кто вообще придумал такие задания давать? Подумаешь, ну заняла я первое место в районном литературном конкурсе. И что теперь? А я знаю – что! Теперь меня всю жизнь будут заставлять писать кошмарные стихи про «нашу прекрасную школу», «лучший институт» и «самую чудесную работу»! А на конкурс тот, между прочим, стихи даже не я отправляла, а Ниноколавна, наша библиотекарша. Вот сама бы и отдувалась… И вообще! Я писала про любовь, а не про вот это вот все…

Ой, не к месту вспомнилось… И так каждый раз! Каждый раз, когда вспоминаю о стихах, которые месяц назад сдуру показала Ниноколавне, сквозь землю от стыда провалиться готова. Лучше уж про «любимую школу» писать, чем такое. Как там было? «Мне кажется, что я тебя люблю»? Брр! И главное – кому! Кому я всю эту ерунду посвятила? Позорище!

Я снова раскрыла блокнот.