ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Сафина Боцарис: След в ее жизни - анонимное интервью, которое она была вынуждена опубликовать по настоянию отца Алана. Ради его спокойного будущего она сделала шаг, о котором не может отрицать: запечатлела судьбу незнакомца, даже не зная, к каким последствиям это приведет. ... Алан Руставели: Пробираясь по следу, ведущему к мести, Алан приезжает в Россию, чтобы отомстить за смерть отца, убитого из-за того самого анонимного интервью. Он рос без родного отца, но мечтал узнать его историю. И теперь, когда перед ним стоят три девушки, одна из которых - газета, которую он ищет, Алан сталкивается с неожиданным выбором. Стоит ли ему продолжать охоту за местью или отпустить ненависть ради любви и понимания того, что скрывается под масками?

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

– От разговоров о моих проблемах? Или от мысли, что я сейчас войду в тебя прямо здесь, под открытым небом?

Она выдохнула прерывисто, и её бёдра прижались к моей ладони, требуя большего.

– Расстегни ремень, Сафина, – потребовал я, целуя её шею. – Хочу, чтобы ты сделала это сама.

Сафина замерла на секунду от волнения. Её пальцы легли на пряжку, дрогнули, и ремень расстегнулся с тихим щелчком. Молния опустилась. Мои брюки ослабли.

– Тогда, может, всё-таки лучше пройдём в спальню? – прошептала она.

– Хм, нет, – усмехнулся я, прижимая её бёдра к своим. – Я хочу тебя прямо сейчас. Здесь. На террасе.

– Но тут нас не хватит места, чтобы… – начала она, и я почувствовал, как её щёки румянятся даже в темноте.

– Ты будешь сверху, – перебил я, поднимая её чуть выше. – На мне. Ты будешь ездить на мне, Сафина. Пока не закричишь моё имя так громко…

Её глаза расширились. В них вспыхнуло дикое желание.

Она встала на колени, задрала подол платья до талии и сняла трусики медленно, соблазнительно, наблюдая за моей реакцией. Я смотрел, заворожённый: её тело в лунном свете было совершенством – изгиб бёдер, плоский живот, а между ног, она была уже влажной от возбуждения.

– Алан… – выдохнула она, опускаясь на меня.

Я помог ей одной рукой направил себя к её входу, и она опустилась медленно, и мучительно нежно. Первый сантиметр вошёл легко. Второй – с лёгким сопротивлением. Третий – и она застонала, запрокинув голову.

Затем я резко полностью погрузился в нее.

– Боже… – выдохнула она, когда я заполнил её целиком.

Я лежал под ней. Её бёдра покоились на моих, её волосы падали мне на лицо, а её сердце билось в такт моему. Я смотрел на Сафину сверху вниз: на набухшие губы, на закатившиеся глаза, на грудь, вздымающуюся в такт дыханию.

– Двигайся, искорка, – прошептал я, хватая её за бёдра. – Покажи мне, какая ты страстная.

Она подчинилась.

Сначала – медленно.

Вверх-вниз.

Её внутренние мышцы сжимали меня при каждом движении тесно, горячо, безумно. Я почувствовал, как напряжение нарастает внизу живота, но сдержался, я хотел видеть её. Хотел видеть, как она теряет контроль.

– Быстрее, – потребовал я, и её ритм ускорился.

Теперь её бёдра двигались увереннее – вверх резко, вниз плавно, с лёгким поворотом на вершине. Каждый вход отдавался во мне, каждое трение о клитор вырывало из неё стоны – тихие сначала, затем громче, прерывистее.

– А-а-лан… – выдыхала она, запрокидывая голову. – Так… так хорошо…

Её руки легли мне на грудь, чтобы чувствовать моё тело под пальцами. Её ногти впивались в кожу, оставляя красные полумесяцы – знаки принадлежности, которые я буду носить с гордостью.

Я поднял руку и коснулся её груди через тонкую ткань платья. Сосок был твёрдым, набухшим. Я сжал его и она вскрикнула, ускоряя движения.

– Ты кончишь первой, – прошептал я.