Мои мысли путаются, но одно я знаю точно: я больше не одна. У меня есть он. Тот, кто обещал вернуться. Эта мысль греет лучше любого камина.
И в этой тишине, наполненной моей новообретённой надеждой, я слышу звук.
Сначала тихий, едва различимый. Ритмичный скрип, доносящийся из-за стены. Я замираю, прислушиваясь. Скрип… пауза… скрип…
А потом к нему присоединяется другой звук. Низкий, горловой женский стон.
Скрип кровати становится быстрее, настойчивее. Женский голос срывается на тихий, сдавленный всхлип, потом снова переходит в протяжный, бесстыдный стон. Мне не нужно слышать мужского голоса, чтобы понять, кто там, за стеной.
Инквизитор.
Он не ушёл далеко. Он просто перешёл в соседнюю комнату. К другой. Той, что оказалась послушнее меня.
Ледяной холод, не имеющий ничего общего с целительной прохладой моего спасителя, сковывает сердце. Моя золотая клетка — лишь одна из многих в этом зловещем замке. И мой мучитель прямо сейчас «облегчает страдания» ещё одной несчастной.
Но что-то не так.
Сквозь ритмичный скрип кровати и женские стоны прорывается звук, от которого кровь стынет в жилах. Короткий, хлесткий шлепок, похожий на звук кнута, а за ним — сдавленный всхлип, полный боли.
Я соскальзываю с кровати, забыв о слабости. Освобождённые руки дрожат, но я на ногах. Серебряные кандалы с цепочками на запястьях тихо звякают при каждом шаге.
На цыпочках я подкрадываюсь к холодной каменной стене и прижимаюсь к ней ухом.
— Больно… — доносится оттуда жалобный, плачущий шёпот.
А затем низкий мужской рык, от которого у меня по спине бегут мурашки. Голос инквизитора.
— Терпи. Это мелочи по сравнению с тем, что было бы с тобой в казематах. Зато сейчас я заберу твою Хворь, мой маленький источник.
Мне не послышалось? Он сказал «источник»? Источник извращённого наслаждения и удовольствия?
Мой ночной спаситель забирал боль нежностью, лаской, поцелуем… А этот вырывает её силой, оставляя после себя унижение и новые раны?
Это не исцеление. Это осквернение. Отвращение подкатывает к горлу. Если бы не таинственный незнакомец… на её месте могла бы оказаться я.
— Мне остановиться? — голос инквизитора за стенкой звучит издевательски. Он знает ответ.
— Нет… — всхлипывает девушка. — Нет, продолжайте, пожалуйста…
Её слова, полные отчаяния, бьют по мне, словно хлыстом. Она готова на всё, лишь бы избавиться от агонии. Как и я всего час назад.
Внезапно рык инквизитора сменяется яростным рёвом.
— Какого демона?! Полог тишины! Кто посмел его снять?! Стража!
Ледяные щупальца паники обвиваются вокруг моего горла.
Боги, я не должна была всё это услышать?!
Я бросаюсь обратно к кровати, путаюсь в сбитых шёлковых простынях, нащупываю покрывало.
Сердце колотится так громко, что, кажется, его услышат даже в другом крыле замка.






