Спасти могло только близкое знакомство с кем-то из местных. Причём не с каким-то там чуханом, а с кем-то из серьёзных пацанов.
– Так опять же, у Кулька там двоюродный брат живёт, – не унимался Кузя.
– Блять, Кузя, кому ты веришь? – опять вскипел Егор. – Он же пиздит как дышит. Нету у него в Чернышово никакого брата!
– Есть, – возразил Кузя. – Я у мамки его спросил. Реально у него там дядька живёт, а у него три сына. Да даже если бы и не было – с нами же Юрец будет. Мы с ним любого замесим.
В подкрепление своих слов он сжал кулаки и встал в боевую стойку.
Тут у Егора все аргументы закончились. Да он и сам уже отлично понимал, что поедет в Чернышово. И даже не из-за мифических «баб», от которых им всё равно ничего не светит, а просто потому, что ему было скучно и делать особо было нечего.
– Хрен с тобой, – махнул он рукой на Кузю. – Пойдём. Дай только одеться.
Вдвоём с Кузей они дошли до дома Юрца, который у себя в гараже уже колдовал над своей белой шестеркой.
Шоха Юрца поистине была уникальным экспонатом. Никто не мог понять, как она вообще была на ходу, учитывая, что она сошла с конвейера сорок пять лет назад и её нещадно эксплуатировали с самого первого дня сборки. Сменив за свою долгую жизнь несколько хозяев, неубиваемая шестерка успела побывать в целой куче аварий и пережила почти всех своих прежних владельцев. Сам Юрец, купив её пять лет назад, уже успел один раз на ней перевернуться и один раз въехать в сугроб.
Кто-то мог бы даже сказать, что машина была проклята, но правда была намного проще – все предыдущие владельцы шестерки просто были знатными алконавтами и любителями погонять по синьке.
– Что, не заводится? – почти с надеждой в голосе спросил Егор после того, как они пожали руки.
Юрец – здоровый детина с бритой головой и слегка оттопыренными ушами – пожал своими массивными плечами.
– Да хрен её маму знает. С утра заводилась, а сейчас опять мозга ебёт.
Егор внутренне вздохнул с облегчением. С одной стороны, поехать развеяться хотелось, но с другой – он понимал, что если поедет, значит выпьет, а если выпьет, то напьётся, а если напьётся, то завтра опять будет умирать с похмелья. Причём так, что его сегодняшние утренние муки покажутся ему лёгким недомоганием.
– Не боись, сейчас посмотрим, – неунывающий Кузя юркнул под машину с проворством мангуста.
Пока Юрец и Кузя копошились во внутренностях машины, Егор уселся в кресло, сделанное из старого автомобильного сиденья. Голова ещё немного гудела.
В деревянном сарайчике, служившем гаражом, приятно пахло деревом и машинным маслом. Юрец, несмотря на то что любил прибухнуть, был страшным аккуратистом. Гараж-сарай всегда был чистым. На гвоздиках в стенах висели инструменты и гаечные ключи в порядке возрастания их размеров.






