— Найдётся, — ответил я, хотя в карманах у меня гулял ветер.
Пашка тёр ботинки и бубнил вполголоса, не поднимая глаз:
— Мусора за мной следят, и всё из-за тебя. Как ты так скурвился, Кочерга, ты же честным вором был? Хаты чистил, и Марьян к себе мог взять, а ты на ментов работаешь…
— Нотации мне не читай, — оборвал я и подставил второй ботинок. — Вот тебе посылка.
Я достал из-за пазухи башмак, внутри которого лежал заклеенный пакет Марьяна. Положил на ящик рядом с ваксой.
— Там тебе послание от Марьяна.
— Марьяна⁈ — глаза у Пашки стали круглые. — Так ты что… Ты с ним?
— А ты как думал? — я понизил голос. — Слушай сюда. Сейчас мильтоны верят, что ты на них работаешь. Что я на них работаю. Так надо, Паша. Марьян всё предусмотрел, у него голова что надо. И тебя мы вызволим.
— Правда? Зуб даёшь?
— А то, — кивнул я.
Пашка заметно повеселел и стал энергичнее орудовать щётками. Хотя ботинки у меня были чистые уже минуту назад.
— Ну ладно, всё, я пошёл, — сказал я и встал.
Сунул руку в карман по привычке — за мелочью. Но вспомнил, что там и вчера, и сегодня было пусто.
— Не надо грошей, — замахал щёткой Пашка. — А можешь сказать Марьяну, что Пашка Каблук ментам никого не сдал?
— Передам, — сказал я и пошёл, снова чувствуя на себе чей-то взгляд.
Хвост в том же залатанном пиджаке маячил у киоска с пивом. Ладно, дружок. Сейчас будем от тебя избавляться.
Я шагал по улице, прикидывая маршрут. Нужно было оторваться красиво, так, чтобы хвост не понял, что его срисовали. Мимо с грохотом и звоном проползал трамвай — старенький, набитый людьми до подножек, так, что даже из открытых окон торчали локти. Единственный общественный транспорт в городе — автобусов тут нет, только заводские ведомственные, ещё бегают полуторки с лавками в кузове. Поэтому трамвай всегда битком.
Я дождался, пока вагон поравняется со мной, и на ходу запрыгнул на подножку. Втиснулся в спрессованную массу тел. В нос ударил запах пота, махорки и дегтярного мыла. Ко мне уже продиралась грозная кондукторша — дородная тётка с кожаной сумкой на ремне и рулоном билетов.
— Молодой человек, оплачиваем за проезд! — сдвинула она брови на переносице.
— Да-да, сейчас, — я делал вид, что ищу мелочь по карманам. Проехал ещё остановку и спрыгнул с подножки на ходу.
Если «хвост» не чемпион по бегу на средние дистанции, то он сейчас далеко позади. Я свернул в переулок, прошёл через арку, нырнул в проходной двор, пересёк пустырь с лебедой и крапивой, вошёл в парадную старого двухэтажного дома, поднялся на площадку между этажами и замер. Подождал минуту. Пять. Тишина. Никаких шагов, никакого топота.
Оторвался. Ну всё. Теперь прямиком в горотдел.
Оперативник Зуев стоял в хвосте очереди у коммерческого магазина, слившись с толпой. Руки в карманах, взгляд рассеянный, кепка надвинута на лоб.






