— Подсудимый Фесс Клейтон, — Маркус потянул затёкшую шею. — Твой тёмный источник уничтожен, твой род уничтожен. Прими в себя Свет — и он дарует тебе искупление. Твоя душа очистится, а страдания закончатся. Упорство же приведёт в вечную тьму. Сбрось оковы лжи, покинь этот мир достойно.
— Ложь — всё, что ты говоришь, — Фесс сплюнул на белый мрамор. В глазах горела ненависть. — Род Росс, выродки. Верен буду до конца.
— Я знал, что ты так скажешь, — Маркус кивнул, отдавая дань уважения преданности и смелости подсудимого. Впрочем, из пограничного княжества Росс такими были едва ли не все. Выбить информацию из местных чернокнижников было чрезвычайно сложно. Кровавая война с ними длилась уже давно. Россы проявляли невиданное упорство: уходили в леса, били из засад, активно практиковали чёрную магию.
— Суд Света завершён, приговор утверждён, — Маркус дал знак паладину-трибуналу, стоявшему с длинным узким клинком. — Омойте зал Света кровью нераскаянного преступника. Мне жаль твою заблудшую душу.
— Нет, не жаль. Ты даже не знаешь, что это такое, тварь… — Фесс не успел договорить. Из его горла вышел кусок узкой стали. Подошедший сзади палач быстрым и точным движением проткнул шею. Кровь брызнула на пол, чернокнижник упал лицом вниз, дёргаясь в конвульсиях. Вскоре тело сожгут, а белый мрамор тщательно отмоют. Собор будет ждать очередного преступника. Всё как всегда.
Температура в помещении начала резко падать, откуда-то повеяло жутким холодом. Внезапно тело зашевелилось. Стоявший рядом паладин-трибунал стёк кровавой лужей — как и все прочие его коллеги у стен. Белый мрамор быстро окрасился в красный цвет, кровь залила пол. Глаза трупа распахнулись. На Маркуса — теперь уже Артура — уставились клубящиеся чёрным дымом глаза.
— Виновен, — пророкотало существо. Потусторонний голос отразился от стен, создавая жуткое эхо.
— Чего тебе надо? — На лице Артура не дрогнул ни один мускул. Он продолжал холодно смотреть на воскресший труп. Это был уже не сон. Воспоминание обрело плоть и стало видением.
— Искупление.
Существо указало куда-то за его спину — туда, где висел портрет первого гроссмейстера. Артур оглянулся. На большом холсте красовалось его собственное лицо — не Маркуса, а молодого лорда Виль.
— Жертва, — существо указало уже непосредственно на него. Оно захохотало и чёрной кровью расплылось по белому мрамору. Но цвета не смешивались. На красном фоне проступили чёрные символы: Wyl.
Глава 36
Вестерос. Королевская Гавань. Турнирные поля. 272 год от З.Э.
Утро в день турнира выдалось ясным и в очередной раз холодным. Солнце только поднялось над Королевской Гаванью, окрасив шпили Красного замка в багровый, а ветер с залива уже трепал флаги, развешанные вдоль ристалища.






