— Я не одна.
— Я знаю, — ответила Влада, и голос ее был сладким, как мед, смешанный с ядом. — Я пришла не к тебе.
Она скользнула мимо опешившей Млады, мягкой, бесшумной походкой лесной хищницы. Подошла к лежанке, остановилась над спящим Мирославом.
— Мирослав, — позвала она, и в ее голосе появилась бархатистая нота. — Проснись. У меня есть кое-что для тебя.
Мирослав открыл глаза мгновенно — как всегда, как хищник, который не спит по-настоящему. Увидел Владу, склонившуюся над ним, и его лицо стало жестким.
— Что ты здесь делаешь?
— Я пришла защитить тебя, — сказала она, протягивая берестяной сверток. — Прочитай.
Мирослав взял сверток и развернул.
Потом он поднял глаза.
— Откуда это у тебя?
— Вчера я вернулась из соседнего стойбища раньше срока, — сказала Влада, и в ее голосе зазвенела сталь. — Я видела гонца, который пришел к твоей волчице. Я проследила за ним. Когда она выронила записку, я забрала ее.
Млада молчала, прижавшись спиной к стене. Она смотрела на сверток в руках Мирослава, и внутри нее все обрывалось.
— Я сразу решила рассказать тебе, — продолжала Влада, — Чтобы ты сам решил, что делать с той, кто спит в твоей постели и носит приказ убить тебя.
Мирослав поднялся, опираясь на стену. Бледный, но глаза горели. Он посмотрел на Владу, потом на Младу.
— Выйди, — сказал он.
— Что? переспросила Влада.
— Выйди, я сказал. Это касается меня и моей жены.
Влада вспыхнула, но перечить не посмела. Она метнула на Младу последний, полный торжества взгляд и выскользнула за дверь, закрыв ее за собой.
В доме остались только они.
Мирослав протянул записку Младе:
— Это правда? — спросил он, глядя на нее.
— Правда, — сказала Млада, и голос ее не дрогнул. — Мой дядя прислал ее. Он угрожал убить мою сестру, если я не выйду за тебя замуж. Теперь он требует, чтобы я убила тебя.
— И что, ты согласилась? — Его голос стал тихим, почти беззвучным.
— Нет, — ответила Млада. — Я говорила тебе, что я не убийца… Я… Я боялась, что ты не поверишь мне.
— А как иначе? — он сжал записку в кулаке. — Ты прятала ее. Ты не сказала мне. Ты ждала, пока я ослабну, чтобы…
— Чтобы что? — перебила она, и голос ее дрогнул. — Чтобы прикончить тебя, когда ты не сможешь защититься? Я спасла тебе жизнь. Я сидела у твоей постели все эти дни. Я не дала тебе умереть.
— Может быть, ты просто ждала подходящего момента.
— Если бы я хотела убить тебя, — сказала она, глядя ему прямо в глаза, — я бы не стала ждать. Я бы просто не стала тебя лечить…
— И что ты собиралась со всем этим делать?
— Найти способ спасти сестру и не убивать тебя…
Старейшая видела, как мне плохо, не зная причины, и велела сходить к старой Хельге.
Мирослав смотрел на нее долго — так долго, что Млада почувствовала, как земля уходит из-под ног.
— Ты должна была сказать мне, — сказал он.
— Ты бы не поверил.






