ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Млада — травница из клана Волков. Её отдают врагам, чтобы заключить мир. Мирослав — младший сын вождя Медведей. Он ненавидит волчицу, которую ему навязали. Их вынужденный брак становится полем битвы.... Сердце вьюги Ольга Баринова Млада — травница из клана Волков. Её отдают врагам, чтобы заключить мир. Мирослав — младший сын вождя Медведей. Он ненавидит волчицу, которую ему навязали. Их вынужденный брак становится полем битвы. Ложь, тайны, предательство и любовь, которая рождается из ненависти. Вместе им предстоит пройти через испытания, объединить враждующие кланы и остановить того, кто хочет разрушить всё. «Сердце вьюги» — роман о любви, которая изменит судьбу Севера. Пролог Пролог Тихо падал снег, укрывая стынущую землю белым покрывалом. В этой первозданной тишине дышала древняя магия — словно сам мир затаил дыхание, в предчувствии неотвратимой беды. Свинцовый купол неба нависал над Серебряной рекой, и редкие лучи солнца, пробиваясь сквозь тучи, окрашивали сугробы в мертвенный цвет. Здесь, на берегу промерзшей реки, разделявшей земли двух враждующих кланов, лес отступал. Сквозь глубокий наст пробивались лишь уродливые, искривленные сучья каменной березы, намертво вцепившиеся в обрывистый склон. Кровная вражда между кланами Волков и Медведей тянулась уже три поколения. Говорят, первый волк убил первого медведя из-за женщины. Кто теперь разберет… С тех пор Серебряная река каждую весну краснела от талой воды, смешанной с кровью… Но таволга, способная унять огненную лихорадку

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Ее взгляд не отрывался от огромного алтарного камня и священного дерева, у которого ее уже ждал жених, младший сын вождя медвежьего клана — Мирослав.

Зазвучали бубны, и их мерный, гипнотический ритм заполнил пространство, сплетаясь с древними песнопениями.

Запах дыма ударил в ноздри раньше, чем она увидела костер. Поселение клана Медведей раскинулось в долине между двумя сопками — десятки яранг, крытых шкурами, ближе к центру дома из лиственницы, и посредине, на возвышении, росло их священное дерево.

Старое и мощное, с вырезанными рунами на коре. По поверьям, именно из лиственницы когда-то родились первые олени. Или первые люди. Или первые боги — она уже не помнила.

Млада подошла к жениху, взглянула на него и вздрогнула, вспомнив тот страшный день на реке.

Мирослав был очень похож на своего старшего брата — те же светлые, длинные волосы, те же широкие плечи, та же хищная стать. Но в отличие от Власта, в глазах его не горел огонь одержимости, там царило ледяное презрение. И от этого сходство становилось еще страшнее: будто смотришь на глыбу льда, но знаешь — под ней настоящая бездна…

Меж тем шаман взял дымящуюся ветку и круговыми движениями трижды обнес ее вокруг голов, плеч и ног молодых. Медведи считали, что волчья невеста, может принести с собой чужих, враждебных духов. Ее одежду обмели березовым веником, «счищая» остатки прошлого. Млада содрогнулась, но промолчала.

Затем они с Мирославом трижды обошли дерево по ходу солнца и встали перед ним на колени. Их лбы коснулись холодной коры.

— Прими ее, древняя, — воскликнул шаман за спиной. — Прими чужую, сделай своей. Прими врага, сделай родной.

Старейшие женщины клана водили вокруг них горящими палками, отгоняя злых духов.

— Очисти ее помыслы, — бормотала одна. — Пусть забудет, кем была.

— Пусть станет одной из нас, — вторила другая.

Млада не желала ничего забывать. Она смотрела на Мирослава — на его длинные русые волосы, заплетенные в траурную косу по брату, на каменное лицо и впервые подумала: «А он? Он же тоже не хотел этой свадьбы».

Свадебный пир длился до полуночи. Бубны били, вводя повеселевших гостей в состояние, близкое к трансу. Захмелевшие гости танцевали до упада, ведь считалось, что чем яростнее и дольше они танцуют, тем счастливее и богаче будет жизнь у молодых.

Мирослав за все это время даже не взглянул на невесту. Да и Млада весь вечер просидела с опущенными глазами, не проронив ни слова.

«Только посмей пикнуть, и твоя любимая сестренка лишится головы», — вспомнила она слова дяди Ратибора, который возглавил волчий клан после гибели отца. Ему нужен был мир с Медведями, и она стала его порукой…

Медвежий шаман тронул ее за плечо, вырывая из горьких воспоминаний.

— Пора в опочивальню, — шепнул он невесте, и потянул ее к выходу.