ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Млада — травница из клана Волков. Её отдают врагам, чтобы заключить мир. Мирослав — младший сын вождя Медведей. Он ненавидит волчицу, которую ему навязали. Их вынужденный брак становится полем битвы.... Сердце вьюги Ольга Баринова Млада — травница из клана Волков. Её отдают врагам, чтобы заключить мир. Мирослав — младший сын вождя Медведей. Он ненавидит волчицу, которую ему навязали. Их вынужденный брак становится полем битвы. Ложь, тайны, предательство и любовь, которая рождается из ненависти. Вместе им предстоит пройти через испытания, объединить враждующие кланы и остановить того, кто хочет разрушить всё. «Сердце вьюги» — роман о любви, которая изменит судьбу Севера. Пролог Пролог Тихо падал снег, укрывая стынущую землю белым покрывалом. В этой первозданной тишине дышала древняя магия — словно сам мир затаил дыхание, в предчувствии неотвратимой беды. Свинцовый купол неба нависал над Серебряной рекой, и редкие лучи солнца, пробиваясь сквозь тучи, окрашивали сугробы в мертвенный цвет. Здесь, на берегу промерзшей реки, разделявшей земли двух враждующих кланов, лес отступал. Сквозь глубокий наст пробивались лишь уродливые, искривленные сучья каменной березы, намертво вцепившиеся в обрывистый склон. Кровная вражда между кланами Волков и Медведей тянулась уже три поколения. Говорят, первый волк убил первого медведя из-за женщины. Кто теперь разберет… С тех пор Серебряная река каждую весну краснела от талой воды, смешанной с кровью… Но таволга, способная унять огненную лихорадку

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Ты посмел поднять руку на мою жену! — закричал Мирослав, замахиваясь для удара.

Их схватка была мгновенной. Мирослав ударил, Ратибор уклонился и ответил. Они сцепились в рукопашной, рыча, как звери. Снег взметнулся под ногами, искрясь в утреннем свете.

Но их быстро растащили воины, которые прибежали на крики Млады. Кто-то подхватил ее под руки, помог встать, но она не сводила глаз с Мирослава.

— Пустите меня! — рычал он, пытаясь вырваться из рук державших его воинов. — Я убью его!

— Молоко еще на губах не обсохло, — усмехнулся Ратибор, вытирая кровь с разбитой губы. — Но я вернусь и заберу то, что мое.

Мирослав рванулся вперед с такой силой, что двое воинов едва удержали его.

— Я вызываю тебя на поединок! — крикнул он, и голос его разнесся над затихшим стойбищем. — Завтра на рассвете! У замерзшего озера! Я буду ждать тебя там, и пусть духи предков рассудят!

Ратибор криво усмехнулся.

— Принято, — сказал он. — Завтра все увидят, что я раздавлю тебя, как жалкого червя.

Он развернулся и ушел, оставив Младу и Мирослава в напряженной тишине. Воины Ратибора последовали за ним, но в их взглядах читалась неуверенность.

Ночь перед поединком была тяжелой.

Млада сидела у очага, прижимая к горлу холодный компресс. Багровые синяки на шее уже начали проявляться и саднили при каждом движении. Мирослав сидел рядом, и его лицо было мрачным, как зимнее небо перед бураном. Он не сказал ни слова, но она видела, как катаются желваки у него на скулах.

— Он чуть не убил тебя, — сказал Мирослав, и в его глазах вспыхнул холодный огонь. — Если бы я не прибежал…

— Ты снова спас меня — Млада поцеловала его.

Он притянул ее к себе и обнял.

— Завтра все решится, — сказал он. — Я не позволю ему больше причинять тебе боль.

Млада смотрела на него, и внутри нее все сжималось в тугой узел. Она знала, что Мирослав силен, но мысль о том, что он выйдет против такого опытного бойца, как ее дядя, пугала ее до дрожи.

Ночью Млада не спала.

Она лежала рядом с Мирославом, слушая его дыхание, и думала о том, что будет завтра.

Вдруг она услышала чье-то дыхание. Тихое, едва заметное, но отчетливое в ночной тишине. Кто-то был в яранге.

Млада открыла глаза. В темноте она увидела тень — высокую, широкую, с ножом в руке. Тень направлялась к лежанке, где лежали они с Мирославом.

Млада не колебалась ни секунды.

Она схватила миску, лежавшую рядом с лежанкой, и швырнула ее на звук. Звук разбившейся посуды разнесся по яранге, и Мирослав проснулся мгновенно, как хищник, чувствующий опасность.

— Что… — начал он.

— Убийца! — закричала Млада. — Здесь убийца!

Нападавший замер на мгновение, но Мирослав уже был на ногах. Он схватил топор, лежавший у изголовья, и бросился вперед. Короткая схватка — и наемник лежал на полу, обезоруженный и прижатый к полу.