Волки отворачивались от своего вождя, и в их глазах читался стыд. Медведи сжимали оружие, готовые к бою.
— Начинайте поединок, — сказал вождь Медведей, поднимая руку. — Пусть духи решат, кто из вас прав.
Ратибор и Мирослав сошлись на льду.
Их топоры сверкали в утреннем свете, и каждый удар отдавался эхом над озером. Ратибор был сильнее, яростнее, но в его движениях чувствовалась неуверенность. Мирослав был быстрее, хитрее, и каждый его удар был точным.
Они рубились долго, и лед под ними покрывался выбоинами от топоров. Мирослав получил рану, и кровь капала на лед, смешиваясь со снегом. Толпа затаила дыхание.
Вдруг Мирослав нанес сильный удар в плечо Ратибора. Тот вскрикнул, выронил топор и упал на колени.
— Ты проиграл, — сказал Мирослав, занося топор для последнего удара.
— Ты не посмеешь, — прохрипел Ратибор, глядя на него с ненавистью.
— Я всего лишь защищаю свою семью, — сказал Мирослав.
Он ударил рядом, и лед под Ратибором треснул.
Тот провалился в черную воду, хватая ртом воздух. Тяжелая кольчуга тянула его на дно. Пальцы его попытались ухватиться за край отколовшейся льдины, но она перевернулась, накрыв его с головой. Лед сомкнулся над ним, и тишина повисла над озером.
Мирослав стоял, глядя в черную воду, и его дыхание было тяжелым. Он не знал, что чувствует. Облегчение? Боль? Жалость?
— Поединок окончен, — сказал вождь Медведей. — Мирослав победил. Духи приняли его сторону.
Толпа загудела. Волки опустили головы. Медведи подняли оружие.
— По закону, — сказал вождь, — победитель имеет право претендовать на звание вождя Волков.
— Ты — Медведь! — Крикнул какой-то молодой воин, выходя вперед. — Ты не имеешь права быть нашим вождем!
Мирослав посмотрел на него спокойно.
— Ты прав, — сказал он. — Я не просил этой власти. Я пришел защищать свою семью. Если ты хочешь оспорить мое право — выходи на лед. Я приму твой вызов.
Молодой воин заколебался, и отступил.
— Я не буду сражаться с тем, кого признали духи, — сказал он.
Мирослав обернулся к воинам и медленно обвел их взглядом.
— Кто еще хочет оспорить мое право? — спросил он.
Тишина была ответом.
Волки молчали. Они видели, как Ратибор ушел под лед, как лед сомкнулся над ним. Они слышали его признание. Они знали, что он был предателем.
— Мы признаем тебя, — сказал старый воин, бросая к ногам Мирослава свой топор. — Теперь ты — наш вождь.
Один за другим волки бросали оружие к его ногам. Мирослав стоял на льду и не верил своим глазам.
— Я не хотел этого, — прошептал он.
— Духи решили за тебя, — сказал отец, подходя ближе. — Ты — вождь, носи это звание достойно.
Мирослав смотрел на воинов, которые склоняли перед ним головы, и в его груди разливалось странное чувство. Он не просил этой власти. Но теперь она была его.
Он посмотрел на берег, где стояла Млада.






