ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Современная версия истории о Елене Прекрасной. Правда, наша Елена не уходит от мужа, она уже в разводе. Но, тем не менее, отправляется из солнечной Армении в мрачную Эстонию. Едет, потому что так вели... Елена Гоар Маркосян-Каспер Современная версия истории о Елене Прекрасной. Правда, наша Елена не уходит от мужа, она уже в разводе. Но, тем не менее, отправляется из солнечной Армении в мрачную Эстонию. Едет, потому что так велит сердце. Елена любит эстонца. Но выдержит ли эта любовь весь груз различий в мировоззрении, культуре? Гоар Маркосян-Каспер. Елена Гоар Маркосян-Каспер Елена Et in Arcadia ego [1] ! Et in Arcadia ego [1] ! Когда оглядываешься назад, хочется все или хотя бы что-нибудь изменить. Начать сначала, подчистить, дополнить, вычеркнуть, но жизнь, увы, не роман, и переписать ее набело не дано, не дано даже исправить опечатки. Впрочем, если и вернуться к началу, итог все равно будет тот же, ибо рисунок существования вторичен, первичен ты сам, и менять надо себя, а есть ли в мире человек, способный отказаться от самого себя, пусть даже во имя создания жизни-шедевра? Елена нащупала утонувшую в белом тиснении обоев клавишу выключателя, подступила к зеркалу, поглядела безразлично. Среднего роста, с армянскими округлыми бедрами, правда, без живота и с высокой грудью фигурка в хорошо посаженной узкой юбке и черной шифоновой блузке с пышным жабо и широкими, всплескивающимися при каждом движении наподобие крыльев рукавами… крыльев, скорее, бутафорских, театральных, натурал

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

В любом случае, то ли оттенок разоблачения, примеченный в уговорах Елены, то ли все-таки надежда на благоприятный исход, внушенное добрыми людьми восприятие своего положения, как сугубо временного неудобства, были причиной самой настоящей обиды, с которой Елену проводили после последней процедуры. Впрочем, искренне огорчившись, она в то же время вздохнула с облегчением.

Конечно, не все больные (к счастью!) были такие, наоборот, куда больше попадалось невротиков, а точнее, невротичек, даже не с букетами, а с оранжереями жалоб, обнаружился целый архетип, молодые женщины, лет в среднем тридцати пяти-семи, мужья которых прилично зарабатывали (в противном случае, жены не странствовали б наподобие Летучих Голландцев по частным лечебным учреждениям), а сами они, по той или иной причине в последние годы не работали и никак не могли подыскать себе занятие. В чем-то это было и поучительно, советская женщина, оставшись без работы и необходимости бегать в поисках пищи и одежды, не находила себе приложения, дети обычно уже ходили в старшие классы и от матерей отстранялись, развлекаться неожиданно получившие такую возможность «дамы» попросту не умели, магазины им надоедали быстро, впрочем, они не умели и одеваться, все в женской униформе того времени, в черных джинсах и свитерах, они ходили на процедуры по десять дней в одном и том же, хотя безусловно могли б себе позволить одежду и разнообразную, и относительно дорогую, но нет, они тратили немалые суммы на лечение и требовали за свои деньги, главным образом, словотерапии. Собеседник, вот кто им был на самом деле нужен. Собеседник и возможность убить время – на дорогу, на ожидание приема (придя обычно за полчаса и больше), на саму процедуру… Главная причина, по которой погружались в неврозы ереванские женщины, сексуальная неудовлетворенность, никоим образом не была для здешних проблемой, если б их не устраивал муж, они нашли бы любовника, о чем говорили с готовностью и без лишней скромности, а уж терзания овдовевших или разведенных армянок, не решающихся переступить черту, четко обозначенную местными традициями, показались бы им смехотворными, и Елена нередко с улыбкой думала, что Фрейду пришлось бы хорошенько попотеть, изыскивая объяснения их неврозам.