ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Перерождение в Северном Племени Воды за два десятка лет до возвращение Аватара. Маг Воды Geddin Перерождение в Северном Племени Воды за два десятка лет до возвращение Аватара. Пролог — Луна сегодня такая большая… — прошептал Кавик, замерев в потоке серебристого света. Холодное сияние очерчивало его побледневшее лицо, а плотно сжатые челюсти выдавали тщательно скрываемое волнение. Ему оставалось лишь томиться в ожидании. Ледяной ветер обжигал щеки, заставляя плотнее запахивать тяжелые меховые одежды. Но пробирающий до костей мороз сейчас не имел значения. Напротив, суровый укус стихии остужал лихорадочные мысли, даруя крохи долгожданного покоя. Кавик прижался спиной к крепкой ледяной стене своего дома, вслушиваясь в завывание ветра. Прямо за этой застывшей преградой вершилось величайшее из чудес — его жена, Сайко, дарила миру новую жизнь. И пусть рядом с ней находились искуснейшие целительницы, гулкие удары собственного сердца Кавик слышал яснее, чем свист непогоды. Лишь безмятежный диск луны, сияющий в вышине, вселял в его душу умиротворение. — Молю Духа Луны о благополучии… — тяжело опустившись на колено, Кавик благоговейно склонил голову перед священным светилом. В тот же миг тяжелая дверь отворилась. На пороге показалась Урра — близкая подруга его жены. От ее ладоней, окутанных мягким остаточным мерцанием исцеляющей воды, еще исходило тепло: во всем племени не было магов, чье искусство врачевания могло бы сравниться с её мастерством. — Можешь войти. Все прошло хорошо, — об

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Это всего лишь день рождения принцессы, — пренебрежительно отмахнулся сын, скептически глядя на суетящуюся мать через гладкую поверхность зеркала.

— Вовсе не «всего лишь»! — возмущенно шикнула на него Сайко, в наказание слегка потянув за прядь. — Наконец-то принцессу официально представят народу. Прошло целых четыре года с момента ее рождения, и за все это время лишь единицам выпадала честь увидеть девочку воочию.

— Да-да, — с протяжным вздохом отозвался юноша, вновь вглядываясь в собственное отражение. — Но при чем во всей этой суете я? Сомневаюсь, что на столь многолюдном празднике хоть кто-то вообще обратит на меня внимание.

В его поникших плечах и полуприкрытых глазах читалась откровенная скука и полная незаинтересованность происходящим. В этот момент даже монотонный, утомительный процесс укладки собственных волос казался Риану куда более интригующим занятием, чем надвигающееся пышное торжество.

— Не говори так. Ты — маленькая яркая звездочка нашего племени. Очень многие тебя знают, — Сайко мгновенно сменила гнев на милость. Ее движения стали мягче, а в голосе зазвучала нежная материнская гордость с едва уловимым придыханием.

— Ну да. Знаменитый Благословленный Луной. Это же я, — иронично усмехнулся юноша, раздраженно кривя губы. — Только вот я сам изо дня в день прилагал колоссальные усилия к своему развитию. Жаль, что только самые близкие видят, как я изнуряю себя на тренировочной площадке больше всех остальных. А все прочие смотрят на меня либо со слепым, фанатичным почтением, либо с откровенным презрением, втайне считая мои способности богохульством.

— Таких людей просто нет, — мать утешающе покачала головой, ловя его потемневший взгляд в отражении. — Тебе это только кажется. Окружающие прекрасно видят твои старания, и со временем они обязательно поймут, что всё это мастерство — не просто чудо, а заслуженные плоды твоего тяжелого труда.

— Спасибо, — Риан глубоко, с облегчением выдохнул. Неприятное напряжение в его сжатых плечах заметно спало, уступая место искренней теплоте. — Ты самая лучшая мама на свете.

— Я закончила! — торжественно возвестила девушка, наконец убирая изящные руки от его головы и делая шаг назад, чтобы оценить результат своих стараний.

Мальчик вновь сосредоточил пристальный взгляд на зеркале. Некогда непослушные, вечно растрепанные темные волосы теперь были идеально гладко зачесаны и собраны в строгую, изысканную традиционную прическу с высоким тугим хвостом. Его основание плотно перехватывал небольшой крепкий обруч, искусно инкрустированный гладкими синими морскими камушками. Эти яркие холодные вкрапления безупречно подчеркивали такую же кристальную, пронзительную синеву глаз юного мага.