— Ещё одна дрожь проходит по мне, пальцы неконтролируемо дёргаются. Становится хуже.
Он замечает. — У тебя ломка.
Моя челюсть сжимается. — Где я, чёрт возьми?
— В безопасности.
Пустой смех вырывается из меня. Но он не останавливается. Он становится почти истеричным, поднимаясь и срываясь, когда я дёргаю оковы. — Ага, — бормочу я. — Чувствую себя очень безопасно.
Он слегка откидывается. — Тебя и Адриану вытащили с моего мероприятия.
Адриана.
Моя голова поворачивается к нему. Подожди. Я узнаю его. Откуда-то. — Что? Где она?
— Наверху.
У меня скручивает живот. — Она… — Мой голос срывается.
— В безопасности наверху, — тихо говорит он.
Это не та, кого я имел в виду. Моё горло сжимается. — Я не об Адриане.
Рэйф теперь смотрит на меня внимательнее. — У тебя был трудный вечер.
Я смотрю на него. — Ты подстрелил меня, ублюдок.
— Да.
— И приковал к кровати.
— Для твоей безопасности. К тому же, ты можешь пройти в ванную вон туда. — Он указывает на неё. — Хотя мобильность в этой части комнаты ограничена, боюсь.
Это почти заставляет меня снова смеяться. Я заставляю себя сосредоточиться на потолке, на чём-то, что не движется и не меняется. По коже ползут мурашки.
— Мне нужен героин.
— Нет. — Рэйф не вздрагивает. — Ты всё ещё в России. Только не там, где был раньше. Алексея здесь нет. Он не знает, где ты, сейчас. Что хорошо.
Я качаю головой. Россия, но не там…
Её испуганное и ужаснувшееся лицо. Руки, царапающие меня, пока я отказываю ей в кислороде.
Нет. Остановись.
Я резко вдыхаю, качая головой. Но образ остаётся, и маленькое рыдание вырывается.
Глаза Рэйфа сужаются. — Что ты помнишь последним?
Я моргаю на него. — Ч—Что?
— Последнее чёткое воспоминание. До того, как ты очнулся здесь.
Моя челюсть сжимается. — Я помню, как ты, блядь, подстрелил меня. Этого достаточно?
— Это одно. До этого.
Я смотрю на него, пытаясь решить, могу ли я убить его или нет. Наверное, не могу, раз я в цепях. По крайней мере, он не выглядит так, будто хочет причинить мне боль.
Вспышка — она задыхается под моими руками — приносит дикую боль, пронзающую череп. Мои глаза зажмуриваются.
Остановись.
— …Джуд.
Мои глаза распахиваются, я замечаю, что ублюдок всё ещё здесь. Мой пульс вышел из-под контроля. — Мне нужно что-то, — говорю я, слова вылетают. — Мне нужен героин. Я не могу — пожалуйста.
Он изучает меня, затем медленно встаёт. — Я могу дать тебе кое-что, что поможет с опиоидной ломкой, — говорит он. — Субоксон. Он помог одному твоему другу. Майку.
Всё во мне замирает, и мои глаза впиваются в его. — Майк? Он — он здесь?
— Да, — говорит Рэйф. — Также наверху. Похоже, он и Адриана не очень ладят.
Облегчение обрушивается на меня, но быстро сплетается со всем остальным.
— Тогда дай мне увидеть его, — настаиваю я. — Или Адриану. Мне всё равно. Просто — кого-нибудь.






