ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Ловил воров, а теперь рраз! и валю демонов в ином мире. Да не один, а со своим верным корги и... Гаражом. Гаражом, в котором тридцать лет собирал нужные и полезные вещи. Видели бы это те, кто называ... Реликтомант 2 Аристарх Риддер, Вай Нот Ловил воров, а теперь рраз! и валю демонов в ином мире. Да не один, а со своим верным корги и... Гаражом. Гаражом, в котором тридцать лет собирал нужные и полезные вещи. Видели бы это те, кто называл их старым хламом! А я всегда знал, что в хозяйстве всё пригодится. Особенно, когда надо развивать и защищать собственную деревню в мире полном тварей, которые хотят тебя сожрать. И людей, которые может быть ещё похуже демонов. Глава 1 Глава 1 Чай я не допил. Мы с Володей сидели на крыльце крайнего дома, потому что оттуда просматривается вся улица, а на улице в последнее время постоянно что-нибудь происходило. На перилах стояли две кружки, у Володи на коленях лежала доска с угольным чертежом, и разговор шёл неторопливый, хозяйственный, из тех, за которые я в этом мире полюбил вечера. Соня в это время вывела Стахановца покататься. Делала она это третий день подряд и все три дня возвращалась целая. Поэтому в четвёртый я на неё почти не смотрел. Зря. Шагов двадцать страус-переросток прошёл как приличный. Соня сидела ровно, держалась за основание шеи, пятками не болтала, и со стороны это выглядело почти красиво. Маленькая девчонка в подвёрнутых штанах верхом на здоровенной серой птице, и оба делают вид, что так и было задумано. А примерно на двадца

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Пива у нас покамест пока нет.

— Так, а я тебе о чём!

— Мысль интересная, — согласился я. — Запишем в план.

Пиво, кстати, в план и правда просилось. Ячмень у нас пока не рос, но это дело наживное.

Но пока я продолжил собираться в поход. Ещё было много вещей без которых не обойтись.

Три налобных фонаря, заряженных от карусели до полной. Запасные батарейки к ним, завёрнутые в тряпку.

Крепкую верёвку, ещё на двадцать метров, кусок брезента. Иголку с ниткой. Пару кожаных перчаток.

И респираторы.

Их я нашёл на второй полке, в пакете, три штуки, из тех, что покупают, когда собираются шкурить потолок. Белые, с двумя резинками и клапаном спереди.

Эля повертела свой в руках с большим сомнением.

— А это зачем?

— На всякий случай.

— На какой?

Вот тут пришлось объяснить, потому что вопрос был правильный.

Мы шагаем в дверь, не зная, что за ней. За ней может оказаться болото, где из-под ног идёт газ. Или пожарище, где земля ещё дымит. Или пыльная сухая степь, по которой ветер несёт песок пополам с чем угодно.

А может оказаться лес, полный цветущей травы, от которой у половины людей начинает течь из носа и глаз. И вот тогда мы будем очень рады тому, что озаботились респираторами заранее.

— Мы всегда можем сразу вернуться, — заметил Миша.

— Можем. Если успеем понять, что дело плохо.

Эля посмотрела на респиратор ещё раз и убрала его в карман без возражений.

Плохо не когда опасность видно. Плохо, когда её не видно, а она уже работает.

Соня вертелась рядом всё утро и один раз попыталась залезть ко мне в рюкзак, но была поймана на месте преступления.

Булыч пошёл провожать нас до околицы и там я дал ему команду остаться.

Брать его я не стал, и объяснять это никому не пришлось, кроме как самому Булычу. Он вахтёр. Его пост здесь, и в наше отсутствие он тут за старшего по нюху.

Хотя пёсель, конечно, расстроился. Ведь на охоту мы ходили вместе. Но сейчас я не хотел им рисковать и тащить за собой неизвестно куда.

Очень скоро мы добрались до круга.

Тридцать девять обычных серых грибов и один особенный на северном краю, потемнее и потолще. Номер на нём стоял тот же самый, который я в первый раз записал в книгу: 4−17–291–682.

Я на всякий случай прочитал его вслух, дважды.

Ошибиться дверью не хочется никогда, а нам с этой дверью ещё жить и жить.

На всякий случай взялись за руки и шагнули внутрь.

Мир мигнул. И белый лес встретил нас ровно таким, каким я его запомнил.

Тёмные стволы, светлая трава, ни одной краски вокруг. Свет идёт сверху и ниоткуда, тени не двигаются, и деревья стоят на тех же местах, что и в настоящем лесу, только чёрно-белые.

Наверху как и тогда висела грибница. Тонкие белые нити тянулись от вершины к вершине, переплетались, уходили за деревья и не думали заканчиваться.

Эля, которая была здесь в первый раз, запрокинула голову и минуту молчала.