ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Ловил воров, а теперь рраз! и валю демонов в ином мире. Да не один, а со своим верным корги и... Гаражом. Гаражом, в котором тридцать лет собирал нужные и полезные вещи. Видели бы это те, кто называ... Реликтомант 2 Аристарх Риддер, Вай Нот Ловил воров, а теперь рраз! и валю демонов в ином мире. Да не один, а со своим верным корги и... Гаражом. Гаражом, в котором тридцать лет собирал нужные и полезные вещи. Видели бы это те, кто называл их старым хламом! А я всегда знал, что в хозяйстве всё пригодится. Особенно, когда надо развивать и защищать собственную деревню в мире полном тварей, которые хотят тебя сожрать. И людей, которые может быть ещё похуже демонов. Глава 1 Глава 1 Чай я не допил. Мы с Володей сидели на крыльце крайнего дома, потому что оттуда просматривается вся улица, а на улице в последнее время постоянно что-нибудь происходило. На перилах стояли две кружки, у Володи на коленях лежала доска с угольным чертежом, и разговор шёл неторопливый, хозяйственный, из тех, за которые я в этом мире полюбил вечера. Соня в это время вывела Стахановца покататься. Делала она это третий день подряд и все три дня возвращалась целая. Поэтому в четвёртый я на неё почти не смотрел. Зря. Шагов двадцать страус-переросток прошёл как приличный. Соня сидела ровно, держалась за основание шеи, пятками не болтала, и со стороны это выглядело почти красиво. Маленькая девчонка в подвёрнутых штанах верхом на здоровенной серой птице, и оба делают вид, что так и было задумано. А примерно на двадца

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

И паутина вновь отреагировала

Нити с той стороны, где стояла Эля, отползли ещё на пару шагов. Медленно, без суеты, но очень старательно. Проход из ровного стал кривым, зато Эля шла теперь по самой его середине, и ближе двух метров к ней не приближалось ничего.

Мы с Мишей переглянулись.

— Она что, поняла? — спросил богатырь.

— Похоже на то.

— Как?

— Не знаю. Может, слышит. Может, чует.

Я поднял голову и сказал в белую вышину, отчётливо:

— Огнём мы пользоваться не будем. Пока ты не мешаешь нам ходить.

Грибница вздохнула ещё раз, тише и с явным облегчением, и раскрылась впереди на всю глубину, до самого центра.

Вот правду говорят, что добрым словом и пистолетом можно добиться своего гораздо быстрее, чем просто добрым словом. Договориться удалось даже с грибами.

Центр выглядел как и раньше.

Ровная белая поляна, а вокруг неё кольца грибов, одно за другим, во все стороны, сколько хватает глаз. Я в прошлый раз насчитал одиннадцать, потом бросил считать и обошёл больше тридцати.

Каждое кольцо это дверь. И у каждой двери четыре числа на самом толстом грибе.

Эля обошла ближайшие три и вернулась ко мне уже другая. Растерянность с неё сошла, и в глазах появилось то самое выражение, с каким она смотрит на аккумуляторы и реле.

— Это же перекрёсток, — сказала она. — Никифор, это дорожный перекрёсток. Только дорог тут сотни.

— Именно.

— И все они куда-то ведут?

— Вот это мы и выясняем.

Первый круг мы выбрали наугад, и выбирала его Эля, потому что новичкам, говорят, везёт.

Грибы в нём стояли самые простые. Крепкие серые шляпки на толстых ножках, ровный ряд, ничем не отличается от нашего домашнего.

«Путевой гриб 6−02–450–119.»

Я записал номер в книгу, добавил пометку «первый», и мы шагнули втроём.

Вышли мы в лес.

Обыкновенный, живой, цветной, с зелёной травой и коричневыми стволами. Пахло мокрой землёй и листвой.

Пахло, потому что лил дождь.

Не дождик, не морось, а хороший плотный ливень, из тех, что за минуту превращают любого в мокрую мышь.

Мы стояли и мокли.

Я огляделся, насколько это возможно, когда вода течёт с бровей. Деревья как деревья. Кусты как кусты. Ни дороги, ни дыма, ни следа, ни звука, кроме шума воды по листьям.

Миша поднял щит над головой и стал похож на очень большую и очень задумчивую черепаху.

— Ну и что тут? — крикнула Эля сквозь шум.

— Лес.

— И всё?

— И всё.

Я постоял ещё с полминуты, честно пытаясь найти хоть что-нибудь, ради чего стоило бы задержаться.

Не нашёл.

Мокнуть просто так, без цели и результата, я не люблю с детства. А ходить тут кругами в поисках неизвестно чего, промокнув насквозь, это верный способ прийти домой с температурой.

— Возвращаемся, — сказал я. — Отметим как пустой.

И мы шагнули обратно.

А вот дальше начиналось то, что мне в этой системе нравится меньше всего.

Вернулись мы не в центр.