Но тот выглядел совершенно невозмутимым, как настоящий князь, всю работу которого он выполнял, да еще и нянькой был при владельце титула. Жизнь иной раз весьма несправедлива.
— Наше присутствие для чего нужно, Анна Александровна?
— Я уже сказала, Петр, сейф должен быть открыт в присутствии всей семьи.
— Но тогда должен присутствовать и мой кузен, Анна Александровна.
— Он не является родственником по крови, — отрезала она таким тоном, что мне показалось: она хотела заявить, что он и вовсе не является родственником.
— Нужны только Мария Васильевна и Наталья Васильевна, — подтвердил Козырев.
Он оставался доверенным лицом семьи и явно не собирался их покидать. Это было правильным, поскольку на нем была завязана безопасность княжества, да и делал он для княжества куда больше, чем князь. Общение с Наташей показало мне, как у Куликовых происходило всё на самом деле. Кое-чего она не знала, но сдается мне, не просто так Куликов ограничился двумя дочерями.
Вскоре в гостиной появилась и Мария Васильевна с видом человека, которому навязывают свое нежелательное присутствие. Она поздоровалась, но сквозь зубы, чтобы всем было понятно: здоровья она нам не желает. Ответили мы ей не менее любезным тоном, показывая, что мы люди воспитанные и отвечаем на приветствие только поэтому. Выглядела Мария Васильевна так, как будто это не от нее сбежал муж, предварительно ограбив, а она сама его выставила. Или даже убила. Последнее я не исключал — очень уж жестким у нее было лицо.
Как оказалось, в сейфе хранились все княжеские атрибуты и реликвия. Вскрывал его приглашенный дружинник с нужным навыком, но при этом обеим дочерям Куликова потребовалось держать руки на сейфе.
— Это не опасно? — заволновался я. — Не повлияет на них или?..
— На вашего будущего ребенка? — усмехнулась Анна Александровна. — Не повлияет. Это как раз тот предусмотренный вариант открытия сейфа. Защита чувствует родство и не уничтожит содержимое.
— Атрибуты и реликвия вряд ли пострадают.
— В сейфе не только они, — ответила Анна Александровна. — Там хватает ценностей.
— Наших ценностей, — с вызовом сказала Мария Васильевна. — Наташка была лишена наследства отцом.
— Без ваших копеек как-нибудь обойдемся, — едко бросила Наташа.
И они уставились друг на друга с настоящей сестринской ненавистью, которая не возникает за один день, а развивается долгие и долгие годы.
— Девочки, не ссорьтесь, — сказала Анна Александровна. — После смерти отца все ваши разногласия должны быть забыты.
— Вот как только они уедут, сразу о них забуду, — выпалила Мария Васильевна.
— А мы и не вспоминали, — сказала Наташа. — Если бы не твоя просьба, мама, нас бы здесь не было.






