Мария Васильевна нахмурилась, наверняка считая, что правильные руки — только ее.
— Здесь ее нельзя усилить? — спросила она.
— Метод грязный, обстановка испортится. Можно перенести реликвию в пустой подвал, — предложил я. — Мария Васильевна, вторую реликвию я не привяжу, не волнуйтесь. А Алексей Фомич присмотрит, чтобы всё было правильно.
На том и порешили. Мы с Козыревым спустились в подвал особняка, где находились камеры, несколько из которых явно использовались недавно.
— А приговоренных к смерти у вас, часом, нет, Алексей Фомич? — спросил я.
Необходимости экономить жертвы у меня не было. Напротив, Валерон настаивал на освобождении контейнеров, а то у него проблема со складированием скверников. Но должна же и сторона Куликовых как-то поучаствовать?
— Перед отъездом Василия Петровича закончились, — сказал Козырев. — А что?
— Реликвии требуются жертвы, — пояснил я, сообразив, что контейнеры-то остались у Валерона, а мне совершенно нечем ее напитывать.
— Много?
— Думаю, одной хватит, чтобы Мария Васильевна смогла привязать, — прикинул я. — Но для усиления, чтобы сложнее было взорвать, потребуется около десятка. А может, и больше. Реликвия истощена.
— Неожиданно. Это защитный артефакт. Как может быть такое, что для его использования нужны жертвы?
Я взял и вывалил на Козырева все свои знания о происходящей в нашем мире игре под управлением божественных сущностей. А еще что энергию, полученную от жертв посредством реликвий, поглощают еще и божки. Так что не такой уж это защитный артефакт. Скорее разграничитель участков ответственности.
— То есть на той стороне тоже есть реликвии или их аналог? — задумался он.
— Есть, — подтвердил я. — И в моих планах туда выбраться, найти, подорвать и посмотреть, что выйдет.
— А взрывать чем будете, Петр Аркадьевич?
— В отличие от вас, Алексей Фомич, я не уничтожил взрывные артефакты. Они лежат и ждут своего дня.
— Я бы в этом деле поучаствовал, — неожиданно сказал он. — Неприятно понимать, что мы все — в постоянной опасности. И это не зависит от княжества, в котором находимся. Да, с восстановлением реликвии искажений стало намного меньше, они почти исчезли и стали намного безопаснее. Но они всё равно есть, и в них гибнут люди. Уверен, если сдвинуть границу, то искажения вообще прекратятся.
— Возможно, будет достаточно восстановить реликвии на нашей стороне? — предположил я. — Честно говоря, ваши слова навели меня на мысль. А что, если уже людей будет перебрасывать в зону при взрыве реликвий у них?
— Твари к нам лезут добровольно, — напомнил Козырев. — Вряд ли какой крестьянин полезет в открывшийся портал, хотя версия, признаться, интересная. Но мы отвлеклись от темы. Вам нужна жертва? Будет вам жертва.






