ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Со времён пандемии SAS, когда смертельный вирус уносил жизни миллионов людей, а мир находился на грани катастрофы, прошло тридцать лет. Спасением стал препарат «Генофлекс» – удивительное изобретение,... Побочный эффект Вадим Панов Со времён пандемии SAS, когда смертельный вирус уносил жизни миллионов людей, а мир находился на грани катастрофы, прошло тридцать лет. Спасением стал препарат «Генофлекс» – удивительное изобретение, не только победившее вирус, но и открывшее перед людьми невероятные перспективы. «Генофлекс» изменил мир, как некогда его изменили первые смартфоны Стива Джобса, но люди – не набор микросхем и датчиков, и если они изменятся – останутся ли они людьми? – Разорву-у-у! – Разорву-у-у! Жуткий рёв здоровенного двухметрового ифрита был не обещанием или угрозой, а процессом: в это самое мгновение краснокожий гигант поднял над собой отчаянно брыкающегося марида и приготовился швырнуть его на опрокинутый столик. Тонкий край столешницы гарантировал переломы нескольких рёбер и повреждения внутренних органов. Марид всё это понимал, поэтому не только извивался, в отчаянной попытке вырваться из стального захвата ифрита, но и визжал во весь голос, пытаясь привлечь внимание сородичей. Внимание не привлекалось, потому что сородичи в это самое время плотно огребали от разъярённых вампиров. Кровь у них не пили, но пускали – кажется, в суматохе кто-то уже вытащил нож. Тем не менее паникующему мариду повезло: на ифрита набросились припомнившие старые обиды гоблины. До сих пор

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

– Список тех, кто подключался к моему биотерминалу за последние три дня, – зачем-то прокомментировал Оберон. – Мирам среди них нет.

– У нас всё законно, – промямлил фрикмейстер.

Но на него не обратили внимания.

Иван медленно прочитал имена, после чего кивнул, показывая, что согласен со словами Оберона.

Биочип навсегда привязан к владельцу и при подключении автоматически выдаёт уникальную метку, подделать которую невозможно. Точнее, можно, но для этого нужно взломать биотерминал, а даже такой тугой на голову парень, как Оберон, не станет держать в своём логове взломанное устройство. Взломанные биотерминалы редкость, их прячут и подключаются к ним только те, кто готов заплатить очень большие деньги за изменения, о которых никто не должен знать.

– Теперь всё?

– Да.

– Я могу подключаться? – поинтересовалась Бесс.

– Да.

Вампиресса воткнула кабель в затылочный разъём, на мониторе появилось изображение её тела, и Бесс тут же потребовала:

– Не смотри на меня голую.

К кому она обращается, уточнять не требовалось.

– Я только что видел тебя голую, – рассмеялся Иван.

– Не изнутри.

– Стесняешься?

– Не хочу, чтобы ты влезал чересчур глубоко.

– Правда не хочешь?

– Ты тоже болван, – резюмировала Бесс.

– Разве во время подключения они не должны молчать? – спросил у фрикмейстера Уваров.

– Не обязательно.

– Я всё слышу, – добавила вампиресса.

– Вот и хорошо.

– Уверен, что хорошо?

– Ты с ней осторожнее, – посоветовал Оберон. – Она кровь пьёт, знаешь ли.

– Не удивил, – обронил в ответ Иван и направился к выходу: – Пока, красавица.

– Не забывай об осторожности.

– Это просьба или совет?

– Скрытое обещание.

– И ведь скорее всего действительно так, – пробормотал Уваров, остановившись в коридоре.

– Не сомневаюсь, что так, – поддакнул Оберон. – Ты уже уходишь?

– Почти. – Иван медленно оглядел вампира. – Мирам не рассказывала, где была до того, как пришла к тебе?

– Нет, – мгновенно ответил Оберон. – Да мы и не разговаривали почти. Я с ней у бара столкнулся, перебросились парой слов, она сказала, что четыре дня в городе, но чем занималась, распространяться не стала. А я не спрашивал, мне, сам понимаешь, плевать. Пожелал ей хорошего вечера и ушёл по своим делам.

– Ладно, разберёмся. – Уваров посмотрел на наручные часы, несовременные, но идеально сочетающиеся с классическим костюмом, и негромко произнёс: – Заеду в местное полицейское управление, посмотрю, что они нарыли.

«ПОМНИ О ДАРВИНЕ!»

Это надпись справа, на стене.