ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Работа в богатом особняке казалась Виктории шансом начать жизнь с чистого листа. Но всё меняется, когда она встречает Матвея. Его прозвище - Капкан, и, однажды попав в его орбиту, вырваться уже почти... Капкан Ольга Брюс Работа в богатом особняке казалась Виктории шансом начать жизнь с чистого листа. Но всё меняется, когда она встречает Матвея. Его прозвище - Капкан, и, однажды попав в его орбиту, вырваться уже почти невозможно... Книга вторая Глава 1 Глава 1 Алевтина Михайловна поставила чашку на поднос и кивнула Виктории: – Иди, отнеси ей. И не бойся, если она начнёт расспрашивать тебя. Альбина, конечно, та ещё штучка, но когда ты сумеешь найти к ней подход, все будет хорошо. – А Матвей Вячеславович кофе не пьёт? – Перед ужином – никогда. А вот с утра очень любит. Без сахара и сливок. Ну я тебя всему научу. А теперь неси скорее, Альбиночка не любит ждать. Вика подхватила поднос и направилась к новой хозяйке. Гостиная была выполнена в светлых, модных тонах: жемчужно-серый, белый и редкие вкрапления графита. Низкие, чётко очерченные диваны и кресла из велюра добавляли помещению композиционную строгость. Стены украшала единственная, но очень дорогая картина — абстракция в спокойных пастельных тонах. Прямо перед Альбиной стоял низкий стеклянный стол, на который Вика поставила фарфоровую чашку кофе с блюдцем. Дизайнерский торшер, похожий на изогнутую ветку дерева, отбрасывал мягкий, но чёткий свет, подчёркивая острые скулы хозяйки и её надменный, изучающий взгляд. Левая рука с и

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Рядом стоял стакан с компотом из сухофруктов. Она схватила его и, не глядя, плеснула мутно-розовой жидкостью прямо в лицо Матвею Капкану, который уже начал подниматься со стула.

– А ты остынь, если тебе горячо, – процедила она сквозь зубы, глядя ему прямо в глаза. В её взгляде была такая ненависть и горечь, что он на мгновение замер.

Компот залил ему лицо, капал с подбородка, намочил ворот рубашки. И Вика подумала, что он сейчас тоже ударит её, как Щука Катю.

Но Капкан не ударил. Он только снова усмехнулся и посмотрел на неё так, будто видел впервые. В этом взгляде не было злобы. Было удивление. И что-то ещё, чему Вика тогда не нашла названия.

В этот момент дверь расшумевшейся столовой распахнулась. На пороге стояла Клавдия Ильинична Коростылева, директор детдома – строгая, надменная женщина с тяжёлым взглядом и голосом, способным заглушить грозу.

– Что здесь происходит?! – заорала она, и столовую мгновенно сковала мёртвая тишина. – Щукин! Романов! Вы что, свиньи? Немедленно переодеться! Живо!

Щука, брызжа слюной и проклиная всех на свете, выбежал из столовой. Матвей, вытирая лицо рукавом, прошёл мимо Вики. Он не обернулся, но на губах его снова играла та самая усмешка.

– Кто это натворил?

Несколько ребят показали на Катю и Вику, торопливо объясняя, что произошло.

– Вы! – Клавдия Ильинична перевела тяжёлый взгляд на обеих девочек. – Чтобы через пять минут здесь все блестело! Пол вымыть, столы натереть, осколки убрать. И чтобы ни одна крошка не валялась! А ты, Валетова, если ещё раз разобьёшь казённую посуду, я тебя тоже расколочу как глиняный горшок!

Катя, шмыгая носом, кивнула и поплелась за тряпкой. Вика стояла на месте, сжимая кулаки.

– Ну, а ты чего встала?! – рявкнула директор.

– Я не буду убирать, – тихо, но твёрдо сказала Вика. – Я не виновата.

Клавдия Ильинична побагровела. Она подошла к Вике, грубо схватила её за волосы, намотав их на кулак, и потащила к выходу, не слушая её криков и попыток вырваться. В глазах детей, сидевших за столами, не было сочувствия. Они привыкли. Это была их реальность.

Директор заперла Вику в темной, холодной подсобке, где пахло мышами и сыростью. Щёлкнул замок.

– Два дня посидишь, – донеслось из-за двери. – Будешь умнее. Хлеб и вода раз в день. Если будешь орать – останешься без них.

Вика сползла по стене на холодный пол, обхватила колени руками и заплакала.

***

– Вика Ты что? – Алевтина Михайловна осторожно коснулась плеча своей помощницы.

– А? Нет, ничего – встрепенулась та. – Простите

Вика разгладила складку на скатерти, уставленной изысканными яствами. На красивом блюде лежали медальоны из телятины с трюфельным соусом, в хрустальной вазе горкой возвышался салат из лобстера с манго и авокадо, а рядом, в прозрачных креманках, застыло ванильное парфе с ягодным конфи.