Какая, к чертям разница, все равно ближайшую пятилетку я буду называть юбилеем.
Я усмехнулась гости начали располагаться за своими столиками.
К Марусе подошёл какой-то очень высокий, статный молодой человек, мужчиной я его ещё не могла назвать. Но и мальчикам тоже. Однозначно он был где-то возраста двадцати трех лет, и поэтому я нахмурилась.
— Спокойствие. — Валера провёл ладонью мне по спине и заметил. — Это племянник Дегтярёва. Хороший молодой человек, прекрасно знает с кем и как можно разговаривать.
— Я все равно буду беспокоиться, чисто по привычке, — заметила я и усмехнулась. Валера, обведя взглядом зал кивнул на сцену. — Изменяешь своим привычкам?
— Давно пора. — Шепнул он и улыбнулся одним уголком губ, скрывая в глазах грусть.
Я прошла сквозь толпу, поправила струящееся кремовое платье с россыпью камней на подоле и поднялась на сцену.
— Уважаемые гости, я рада приветствовать вас на этом чудесном празднике. От всего сердца я хотела бы поздравить своего бывшего супруга с днём рождения. Пожелать ему самого крепкого здоровья. Большой удачи. И настоящего счастья.
Я запнулась, а потом улыбнулась и, глядя Валере в глаза, произнесла.
— Я безумно рада, что была одним из инициаторов этого торжества и не буду лукавить без меня оно было бы абсолютно не тем.
Шпилька, пущенная прилюдно попала прямо в цель. Валера улыбнулся, покачал головой, я, передав микрофон ведущему, спустилась со сцены, Валера встретил меня и провёл к своему столику. Зазвучали тосты, аплодисменты. Спустя полчаса ко мне подбежала Старовойтова Нина, расцеловала в обе щеки и безумно восхищалась тем, какую работу я провела для того, чтобы сегодняшний вечер случился.
— Вы очень очень хорошая семья, — произнесла Нина, запнувшись, я пожала плечами. — Это надо иметь очень большую мудрость и, наверное, смелость для того, чтобы остаться после развода кем-то большим друг для друга, чем обозлёнными бывшими супругами.
— Спасибо, мы над этим работаем, — произнесла я спокойно, выдерживая заинтересованный, любопытный взгляд.
Никто не узнает настоящей правды о том, как мы к этому пришли.
Пообещав через пятнадцать минут вернуться к Нине, я медленно прошла к выходу и остановилась на терассе. Опёрлась локтями о небольшие перильца и выдохнула.
Прошёл год с его прошлого дня рождения, где я думала, что у меня вырвали сердце.
Прошёл год.
Непонятно как, тяжело, легко, иногда невыносимо больно.
Прошло чуть меньше времени с момента начала терапии и ещё меньше с того, как мы перестали обвинять друг друга.
Но я все равно сама себе казалась слабой. Потому что, оставив разрушенные за собой города, мы никогда не думаем о том, сколько сил придётся приложить для того, чтобы отстроить их заново.






