Я смотрел на этих людей и в очередной раз понимал: вся эта игра, все эти «понятия» и «авторитеты» — такая же грязь, как и подтаявший снег у входа в «Бастион». Но сегодня я был победителем. Я защитил свой район, защитил лицо Александровича. Но какой, блять, ценой?
Когда гости, полыхая злостью, покинули заведение, Александрович подошел ко мне. Он редко проявлял эмоции, но сейчас положил свою тяжелую, сухую ладонь мне на плечо.
— Молодец, Артём. Пальцы помнят науку. Ты сегодня спас нам много нервов. Иди. Заслужил отдых.
Мы переместились в основной зал «Бастиона». Здесь уже вовсю гремела гулянка «для своих». Напряжение, которое колотило меня последние часы, начало медленно трансформироваться в тяжелое, мутное расслабление. На нашем центральном столе стоял литровый «Чивас», вокруг в сигаретном дыму ржали пацаны, пересказывая друг другу, как вытянулись рожи у областных.
Галя, одна из тех девчонок, что всегда крутятся возле денег и силы, тут же почуяла «короля вечера». Она без лишних прелюдий взобралась ко мне на колени, обвила шею руками и прижалась всем телом. От неё пахло смесью дешевых сладких духов, ликера и сигарет. Я не оттолкнул её. Мне нужно было это приземленное, животное ощущение, чтобы заглушить звон в ушах. Я сидел, глядя сквозь сизый дым, и механически, почти брезгливо поглаживал её по бедру, обтянутому короткой кожаной юбкой.
Но в голове, как назло, всплывал образ Леры. Её утонченность, её запах — едва уловимый аромат дорогих цветов и чистоты. После неё всё происходящее в «Бастионе» казалось пресным и вторичным, как сто раз пережеванная жвачка.
— Тём, ну ты реально машина, — Валет хлопнул ладонью по столу, разливая виски. — Я когда увидел его королей, думал — всё, сушите весла. А ты его как пацана развел.
Он кивнул в сторону танцпола, где Хлын под какой-то забойный фонк дергался с очередной девицей — такая же шкура, только в профиль.
— Слышь, — Валет придвинулся к моему уху, понизив голос до заговорщицкого шепота. — Ты за Ингу, сеструху своей малой, не переживай. Мы её тут пристроили, не пропадет.
Я скользнул взглядом по залу и наткнулся на Ингу. Она стояла у барной стойки, потягивая что-то из пластикового стакана. Вид у неё был потасканный — под глазами залегли тени, косметика поплыла, но глаза лихорадочно блестели. Видно было, что она уже успела чем-то «разогнаться».
— Договорились мы с парнями, — продолжал Валет, довольно ухмыляясь. — Чтобы её тут местное зверье на куски не порвало, мы с Сизым взяли над ней шефство. Ну, ты понял... По очереди «присматриваем». Зато другие не лезут, статус «своей» держит. Она и не против, сама липнет, лишь бы наливали да угощали.
Меня передернуло. Сестры, блять. Одна — архитектура, гордость, идеальная осанка и принципы, которые я пытался сломать.






