ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Отцу понадобился мир с врагами, которых десять лет мочил по всей Сицилии, и он продал дочь за него по частям. Джульетта Корлеоне стояла у окна, смотрела, как садовник подрезает жасмин, и знала: когда... Принцесса Лера Титова Отцу понадобился мир с врагами, которых десять лет мочил по всей Сицилии, и он продал дочь за него по частям. Джульетта Корлеоне стояла у окна, смотрела, как садовник подрезает жасмин, и знала: когда... Пролог Ей было девятнадцать, когда отец сказал: «Ты выходишь замуж». Джульетта Корлеоне стояла у окна в кабинете отца. За стеклом сад был зелёным, жасмин цвёл, Джузеппе подрезал кусты. Она смотрела на старика и думала о том, как он будет резать жасмин, когда её уже не будет в этом доме. — За кого? — спросила она, не оборачиваясь. — За Лоренцо Бьянки. Она усмехнулась. Усмешка вышла холодной, как лёд. — Бьянки? Те, кого мы десять лет мочили по всей Сицилии? — Те, с кем мы теперь заключаем мир. — Мир? — Она повернулась. Её глаза сузились. — Вы заключаете сделку. Я — плата. — Ты — моя дочь. — Я — разменная монета. Дон встал. Медленно. Тяжело. Он уже не был молодым, но в его движениях всё ещё чувствовалась сила, которая заставляла людей бледнеть. — Ты выйдешь за него, — сказал он. — Или я запру тебя в подвале до свадьбы. — Вы не посмеете. — Посмею. — Братья не позволят. — Братья сделают, что я скажу. Он подошёл к ней. Взял за подбородок. Пальцы были грубыми, с жёсткой кожей — пальцы человека, который держал пистолет чаще, чем ручку. — Джульетта, — сказал он. Он

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Чего?

— Что не справлюсь.

— Справишься.

— Откуда знаешь?

— Ты наш брат.

— Это не оправдание.

— Это правда.

Он обнял её.

— Спасибо, — сказал он.

— Не благодари.

— Почему?

— Я не за тебя. Я за семью.

Он усмехнулся.

— Ты права, — сказал он.

— Всегда права.

— Не всегда.

— Сегодня — да.

Она поцеловала его в щёку.

— Иди, — сказала она. — Твои люди ждут.

Он вышел.

Джульетта и Лоренцо остались в особняке.

Не потому, что не хотели уезжать — потому что здесь была семья. Братья, жёны, дети. Дом, где выросла Джульетта. Где умер отец. Где родился Лука.

— Ты не хочешь переехать в мой дом? — спросил Лоренцо.

— Нет.

— Почему?

— Здесь моя семья.

— А я?

— Ты тоже моя семья.

— Это не одно и то же.

— Это одно и то же.

Он смотрел на неё.

— Ты права, — сказал он.

— Всегда права.

— Не всегда.

— Сегодня — да.

Она поцеловала его.

— Пойдём, — сказала она.

— Куда?

— В сад.

— Холодно.

— Я согреюсь.

— Как?

— Тобой.

Он усмехнулся.

— Хорошо. Пошли.

В саду было тихо.

Джузеппе подрезал жасмин. Увидел их — кивнул.

— Добрый день, — сказал он.

— Добрый, — ответил Лоренцо.

— Ты грустная, — сказал Джузеппе Джульетте.

— Нет.

— Врёшь.

— Да. — Она села на скамейку. — Грустная.

— По отцу?

— По отцу.

— Он был хорошим человеком?

— Нет.

— А для тебя?

— Для меня — да.

— Этого достаточно.

— Не знаю.

— Достаточно.

Она смотрела на него.

— Ты мудрый, — сказала она.

— Я старый.

— Одно и то же.

— Нет. Старый — это возраст. Мудрый — это опыт.

— У тебя есть опыт?

— Достаточно.

— Поделись.

Джузеппе выпрямился.

— Живи, — сказал он. — Не оглядывайся. Не жалей. Не бойся.

— Это всё?

— Это всё.

Она улыбнулась.

— Спасибо, — сказала она.

— Не благодари.

Он вернулся к работе.

Джульетта взяла Лоренцо за руку.

— Твой садовник мудрее всех нас, — сказала она.

— Да.

— Ты слушаешь его?

— Всегда.

— И что он сказал?

— Жить.

— Тогда живи.

— Живу.

Она поцеловала его.

— Пойдём в дом, — сказала она.

— Зачем?

— Хочу отдохнуть.

— Устала?

— Немного.

— От чего?

— От жизни.

Он усмехнулся.

— Пойдём.

Глава 46

Прошёл год.

Доменико стал доном. Твёрдым, справедливым, безжалостным к врагам. Он не был похож на отца — не пил вино, не сидел в кабинете, не смотрел на портрет матери. Он был в движении. Война, переговоры, сделки, смерть.

Джульетта видела его редко. Он уходил рано утром, возвращался поздно ночью. Иногда с кровью. Иногда без.

— Ты не отдыхаешь, — сказала она однажды.

— Некогда.

— Надо.

— Не могу.

— Почему?

— Враги не спят.

— Ты тоже не спишь.

— Это моя работа.

— Это твоя смерть.

Он смотрел на неё.

— Ты боишься за меня? — спросил он.

— Да.

— Не надо.

— Надо.

— Почему?

— Ты мой брат.

— Это не оправдание.

— Это правда.

Он обнял её.

— Я справлюсь, — сказал он.

— Обещаешь?

— Обещаю.

Она поцеловала его в щёку.

— Иди, — сказала она. — Работай.

Он ушёл.

Лука-младший рос.

Ему было три года. Он уже не был малышом. Бегал, говорил, спорил.