ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Маскарад, Автор - Пратчетт Терри Дэвид Джон, Серия - Плоский мир [18], , Жанр - Юмористическая фантастика, Фантастика. Читать бесплатно, без регмстрации, книги полностью онлайн. Маскарад Пратчетт Терри Дэвид Джон Маскарад, Автор - Пратчетт Терри Дэвид Джон, Серия - Плоский мир [18], , Жанр - Юмористическая фантастика, Фантастика. Читать бесплатно, без регмстрации, книги полностью онлайн. Ветер завывал. Горы раскалывались под напором бури. Молния беспорядочно тыкалась в утесы, словно старческий палец, выковыривающий из вставной челюсти смородиновое зернышко. В шумно колыхающихся на ветру зарослях дрока вспыхнул неверный под порывами ветра огонек. — Когда мы вновь увидимся… вдвоем? — возопил чудной, жутковатый голосок. Над землей в очередной раз прокатился раскат грома. — И зачем было орать? — ответил другой голос, наделенный гораздо более привычными уху модуляциями. — Из-за тебя я уронила тост в костер. Нянюшка Ягг уселась обратно на свое место. — Прости, Эсме. Я, это… как бы объяснить… уважение к прежним временам, традиции… Но согласна, звучит не ахти, как-то неправильно. — А я только его поджарила как надо, только он стал таким золотистым… — Ну прости. — …И тут ты орать. — Извини. — Я к тому, я ведь не глухая. Что мешало спросить нормально? И я бы ответила, что, мол, в следующую среду и увидимся. — Прости. — Отрежь мне еще кусочек. Кивнув, нянюшка Ягг обернулась. — Маграт, отрежь-ка матушке Ветровоск еще… О. Это я по привычке, все забываю. Ну да ничего, сама отрежу. — Ха! —

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Зальцелла?

— Что? О! Прошу прощения… так о чем я говорил?

— Что-то насчет цветочков и ягодок.

— Гм? Ах да. Да. Так вот… видите ли, обычные актеры очень отличаются от актеров оперы. В обычной театральной постановке и млад и стар найдет себе соответствующую роль. Главное — талант. Поэтому театральным актером можно быть всю жизнь. И с возрастом человек лишь

оттачивает

свое мастерство. Но если ваш талант кроется в танцах или пении… Время крадется за тобой, как вор, все… — он развел руками, подыскивая подходящее слово, но так и не обнаружив оного, неловко закончил: — Все время. Время — это яд. Зайдите однажды вечером за кулисы и понаблюдайте. Вы увидите,

что танцовщицы постоянно крутятся перед зеркалами, выискивая первые признаки грядущего возраста, а следовательно, несовершенства. Понаблюдайте за певцами и певицами. Все постоянно на взводе, каждый знает, что сегодняшнее выступление может стать последним идеальным выступлением и завтра все будет по-другому. Именно поэтому все так ищут удачи. Понимаете? Все эти разговоры о живых цветах, которые приносят несчастье, они из той же серии. То же самое с зеленым цветом. И с ношением настоящих драгоценностей на сцене. И настоящими зеркалами на сцене. И свистом на сцене. Оттуда же пошло это подглядывание за зрителями через дырку в главном занавесе. И использование только новых коробочек с гримом в вечер премьеры. И вязание на сцене, даже во время репетиций.

Желтый кларнет в оркестре — это к несчастью, и не спрашивайте меня почему. А если представление еще до своего окончания вдруг прервалось — хуже этого и быть не может. Лучше разбить тысячу зеркал или несколько месяцев просидеть под лестницей.

За спиной Зальцеллы Уолтер аккуратно положил в ведерко последний кусок угля и тщательно обмел его щеточкой.

— О боги, — выдохнул Бадья. — Я думал, с сыром было трудно, а тут!..

Он махнул рукой в сторону кипы бумажек и того, что выдавало себя за бухгалтерские отчеты.

— Я заплатил за это заведение тридцать тысяч! — воскликнул он. — Здание в самом центре города! Первоклассное место! Я думал, что отлично сторговался!

— Полагаю, предыдущие владельцы согласились бы и на двадцать пять.

— Да, а что там с этой восьмой ложей? Стало быть, формально она принадлежит Призраку?

— Да. И в дни премьер ее лучше не занимать.

— Но как он туда пробирается?

— Этого не знает никто. Мы много раз обыскивали ложу в поисках каких-нибудь потайных дверей, но…

— И этот Призрак не платит нам ни цента?

— Ни единого цента.

— Тогда как место в ложе

стоит пятьдесят долларов за представление!

— Но если в премьерную ночь вы его продадите, то будет беда.