— Боже мой, Зальцелла, ты ведь образованный человек! Как ты можешь спокойно сидеть на этом вот стуле и мириться с подобным безумием? Какое-то создание в маске правит бал в Опере, занимает лучшую ложу, убивает людей, а ты тут разговариваешь о какой-то беде!
— Есть одно непреложное правило: шоу должно продолжаться.
— Но откуда это глупое правило взялось? Мы же никогда не говорим, к примеру: «Сыр должен продолжаться»! Что такого особенного в этом вашем вечно продолжающемся шоу?
Зальцелла улыбнулся.
— Насколько я понимаю, — сказал он, — сила шоу, душа представления, все вложенные в него усилия, называйте как угодно… но
это
просачивается повсюду. Именно потому и твердят, что «шоу должно продолжаться». Оно
должно
продолжаться. Большая часть тех, кто работает в Опере, даже не поймут, как вообще можно задаваться подобным вопросом.
Бадья воззрился на то, что здесь сходило за финансовые отчеты.
— В бухгалтерии местные работники точно ничего не понимают! Кто ведет бухгалтерские книги?
— Мы все.
—
Все?
— Ну да. Деньги попадают в кассу, потом их оттуда забирают…— туманно произнес Зальцелла. — А разве это важно?
У Бадьи отвисла челюсть.
—
Важно
ли это?
— Опера ведь, — мягко продолжал Зальцелла, — совсем не приносит прибыли. И никогда ее не приносила.
— О чем ты говоришь?
Важно
ли это? Как ты думаешь, удалось ли бы мне достигнуть успеха в сырном бизнесе, если бы я считал, что деньги не важны?
Зальцелла улыбнулся, но в его улыбке совсем не было юмора.
— Там, на сцене, прямо в этот самый момент, наверняка найдутся люди, которые скажут, что лучше бы вам и дальше заниматься производством сыров. — Он вздохнул и перегнулся через стол. — Видите ли, — продолжал он, — сыр
приносит
прибыль. А опера —
нет.
На оперу деньги
тратят.
— Но… что же тогда вы с нее имеете?
— Мы имеем оперу. Все очень просто: вы вкладываете деньги — и получается опера, — несколько утомленно произнёс Зальцелла.
— А дохода нет
совсем?
— Доход… доход, — пробормотал главный режиссер, потирая лоб. — Пожалуй что нет, за всю свою жизнь я ни разу не сталкивался с этим явлением.
— Так как же тогда выживать?
— Ну, мы как-то балансируем. Бадья обхватил голову руками.
— Ну надо же, — пробормотал он, наполовину обращаясь к самому себе, — а я ведь с самого начала знал, что это заведение большой прибыли не приносит. Но упорно считал, что во всем виновато неправильное
управление. У нас такая аудитория! Мы весьма прилично просим за билеты! Теперь же мне сообщают, что по зданию бегает Призрак и убивает людей, а кроме того, прибыли нет и не будет!
Зальцелла просиял.
— О, это и есть настоящая опера, — сказал он просветленно.
Грибо горделиво прогуливался по крыше постоялого двора.
В большинстве случаев кошки нервничают, когда их увозят с привычной территории.






