ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Тьма, Автор - Атеев Алексей Григорьевич, , Жанр - Ужасы и мистика, Фантастика. Читать бесплатно и без дополнительных условий, книга полностью. Тьма Атеев Алексей Григорьевич Тьма, Автор - Атеев Алексей Григорьевич, , Жанр - Ужасы и мистика, Фантастика. Читать бесплатно и без дополнительных условий, книга полностью. 1 …Во время похорон гражданина Картошкина на городском кладбище (старом) имело место следующее происшествие. Перед погребением гроб стоял перед могилой на двух табуретах. В ходе прощания с усопшим мать означенного К. упала на мертвое тело якобы от «неизбывной скорби» (ее собственное выражение). В этот момент усопший зашевелился, а потом, к изумлению присутствующих, приподнялся и сел в гробу. Свидетели показали, что мертвое тело будто бы «оживили»… Из милицейской сводки происшествий по городу Верхнеоральску Итак, с чего все началось. Районный центр Верхнеоральск – крошечный городок, стоящий на самом краю великой степи у отрогов невысоких гор, ничем особо не примечателен. Правда, выглядит он довольно живописно, поскольку за последние сто лет в облике своем почти не изменился. Некогда Верхнеоральск слыл купеческой твердыней и кичился достатком и патриархальными нравами. Народ здесь обитал обстоятельный и неторопливый. Имелось много старообрядцев, преимущественно из местных казаков. Сам же городок возник в эпоху матушки Екатерины как военная крепость, в числе других предназначенная охранять восточные рубежи России от набегов степных кочевников. И действительно, номады

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Ни свет ни заря коридоры администрации огласились громкими воплями появившейся неведомо откуда мадам Плацекиной.

– Самоуправство! – визжала она. – Кто позволил?! По какому праву?!

– Ну, я позволила, – миролюбиво ответствовала мамаша, протирая глаза. – Чего орать-то?

– Ты кто такая?! – не сбавляла тона Людмила Сергеевна.

– Я жительница Верхнеоральска, российская гражданка… Дом у меня, видишь ли, водой смыло. И у других тоже. А вот позволь узнать: кто ты и по какому праву здесь разоряешься. Честным людям спать мешаешь.

– Я – хозяйка города! И не позволю всякой сволочи сюда врываться, да еще ломать замки.

– Ах, ты хозяйка?! Кто же тебя, хозяйка, назначил на эту должность? Народ? Что-то я не припоминаю такого факта.

– Кому надо, тот и назначил! – продолжала орать Плацекина. – А вот вы почему здесь оказались?!

– Ввиду чрезвычайного положения. Дома наши смыло.

– Ах, дома смыло… И поэтому сразу в учреждение лезть нужно было? Не могли на улице переночевать. Сейчас вроде не зима. Перемоглись бы ночь. А вы замки взламывать вздумали. Тоже мне, жертвы стихии! Эй, Кузмич! – крикнула она вертевшемуся тут же завхозу. – Коли они пострадавшие, нужно им помощь оказать. Там, в моем кабинете, стоит большая банка со сгущенкой. Литра

три, наверное, в ней будет, а то и пять. С молокозавода принесли. Выдай ее бедолагам в качестве гуманитарной помощи. Пускай с горя сладенького покушают.

– Ты слышал, Толик, – воскликнула мамаша, – как эта барыня с нами разговаривает! Да ты, матушка, – самозванка!

Народ обступил спорящих женщин. Все напряженно слушали их препирательства, но пока никто, кроме мамаши, не решался противостоять наглой и крикливой Плацекиной.

– А у меня тоже дом целиком снесло, – робко заметил какой-то тщедушный старичок.

– Дом у него целиком… – передразнила бедолагу Людмила Сергеевна. – И чего же ты теперь, дед, хочешь?

– Помогли бы деньгами.

– Деньгами тебе помочь?! На-ка выкуси! – Плацекина сунула под нос старику кукиш. – А этого не желаешь понюхать?! Я же вам выдала сгущенку, – издевательски заметила она. – Чего же еще нужно.

– Ах ты, тля! – закричала мамаша. – Издеваешься?! – и она бросилась на Людмилу

Сергеевну и вцепилась той в волосы, а потом и повалила ее. Две женщины катались по паркетному полу, а зрители в недоумении и страхе таращились на них. Только Толик Картошкин и его соратники Славка и Валька спокойно взирали на безобразную сцену, да еще и подзадоривали:

– Дай ей, мать! Всыпь как следует!

Людмила Сергеевна была, конечно, моложе и крепче, но ярость придала мамаше сил, и она, прижав самозванку к полу, с треском сорвала с нее некогда белоснежную блузку. Грузная Плацекина, похоже, устала, потому как сопротивлялась уже из последних сил, ворочаясь на полу, словно перевернутый на спинку жук.