Должна же я проводить ее в последний путь!
— Нет!
Не знаю, почему Эска считала меня беззащитным, но на Лориан я нагнал ужаса одним только словом. Слезы ее высохли, она кивнула и поспешно пошла собирать вещи. Я смотрел ей вслед и думал, что, наверно, никогда ее больше не увижу. А жаль…
Обратно я шел, мороза уже не чувствуя. Камни моих воздушных замков рушились на меня медленно и весомо, как вполне заслуженные подзатыльники, и мысли мои путались. Я потерял мать, не успев ее обрести, я потерял свое призрачное богатство, я получил очередной плевок в лицо от смерти, от внезапной, безвременной, предательской смерти, которую так ненавижу. И (о, ужас!) я обещал Эске то, чего уже никак не смогу выполнить: обеспечить ее. Вот она — моя тоска, тревога, и разбитое зеркало…
Итак, я беден, безроден, лжив, беспомощен перед смертью и как идиот гладко выбрит!
8
Эска примеряла свадебное платье. Ее подруга помогала ей подшивать его снизу и сидела на полу. Мне стало не по себе, когда я увидел эти радостные приготовления.
— Я уже договорилась со священником, — сообщила Эска, — завтра утром он нас обвенчает.
Чему тут было удивляться? Она привыкла всё решать и делать сама. А я всегда с удовольствием готов был ей подчиняться.
— Ничего
не выйдет, — сказал я.
Эска посмотрела на меня вопросительно, вся внутренне напрягаясь как зверь перед прыжком.
— Ильма, выйди, — попросила она подругу.
Та вышла, бросая на меня любопытные взгляды.
— В чем дело? — сухо спросила Эска, — ты уже передумал?
— Завтра утром похороны, — сказал я, — я не могу венчаться, когда хоронят мою мать.
Пришлось рассказать ей всё, как есть. И про мой взлет, и про мое падение. Она смотрела на меня то с надеждой, то с жалостью, она переживала вместе со мной эту короткую и очень странную историю, и я был ей за это невыразимо благодарен. Я всё рассказал, и мне стало легче.
— Я обманул тебя, — закончил я, — у меня нет ни дорлина. Зачем тебе такой муж, Эска?
— Дело не в твоей бедности, — вздохнула она, — а в твоей гордости. Из-за нее ты сбежал от меня на целых шестнадцать лет, из-за нее ты хочешь отказаться от меня навсегда! Правильно мне нагадала когда-то Жеральдина, что я буду ждать тебя всю жизнь…
Она была так прекрасна в недошитом белом платье с приметанными рукавами и неподвернутым подолом! Она была похожа на молодую девушку, у которой вся жизнь еще впереди, и которой безумно хочется счастья. Я обнял ее и прижал к себе так крепко, как мог.
— Прости меня, Эска. За всё. И не слушай свою Жеральдину. Если я тебе нужен, я никуда от тебя не уйду. Ни за что!
— Хотелось бы верить, — сказала она.
Остаток дня прошел в мелких хлопотах, ночь — как в бреду. Я почти не спал, и мысли одна хуже другой лезли в мою голову.






