От короля вышел человек так блистательно одетый, что я сам не заметил, как отвесил ему поклон. Это была старая привычка, которая въелась уже в печенки во время службы у герцога Навского.
У этого огромного человека, блиставшего камзолом как золотой самородок и обвитого жемчужными ожерельями словно цепями, было крупное, гладко выбритое и какое-то женское лицо, обрамленное седеющими локонами. Странный был контраст между его могучим телосложением воина и безвольно-глуповатым лицом с тусклыми голубыми глазками и мягкими
румяными щеками.
Он глянул на меня вполне благосклонно, даже улыбнулся, по-моему, как доброму знакомому, и величественно двинулся своей дорогой. Он показался мне похожим на старого актера, который всю жизнь играл королей. Откуда мне было знать, что передо мной самое влиятельное после короля лицо в государстве, Советник Мезиа.
12
В моих апартаментах было тихо, просторно и безлюдно, мне даже показалось, что я сплю, потому что некому было подтвердить реальность происходящего. Я скинул надоевший камзол и свалился на широченную кровать, предназначенную, наверно, сразу для пятерых. Про наследника престола, кажется, все забыли и кормить не собирались. Потом кто-то тихо как мышь завозился возле шкафа, и я не сразу узнал слугу, которого мне представили сегодня днем во время примерок и приметок. Он был так сер и незаметен, а новых лиц так много за последние три часа, что имя его я, конечно, забыл.
— Я вас не беспокою, ваше высочество? — спросил он, как только я зашевелился.
Титул мой, как ни странно, был ему уже известен, а я думал, что об этом еще не знает никто во дворце.
— Нисколько, — сказал я равнодушно.
— Меня зовут Сетвин, — напомнил он, имя
было такое же тусклое и незаметное как он сам, — я отвечаю за гардероб его величества…
— Вспомнил, — кивнул я, — гардеробщик.
— Старший костюмер, — поправил он, неожиданно приятно улыбаясь, — его величество так умерен во всем, в том числе и в нарядах, что работы у меня не много. Я могу служить и вам, если вы не против.
Что меня меньше всего волновало, так это наряды.
— Со мной у тебя тоже забот не прибавится, — сказал я.
— Я знаю. Вы не аристократ, это заметно.
— Да? — я встал, — по-моему, у вас тут не только пажи, но и гардеробщики наглые, как голодные коты. Тебе не кажется, что ты не соблюдаешь субординацию?
Он ответил очень вежливо, с легким поклоном. Это по форме. А по содержанию еще наглее прежнего.
— Мне показалось, что вы не вошли еще в роль наследника престола и не отвыкли от простого человеческого обращения… но если вы настаиваете…
— Я ни на чем не настаиваю, — буркнул я
недовольно, — пока. Пока я ничего у вас тут не понимаю.
— Я мог бы вам объяснить, — предложил он запросто.






