Прежде только грузовики могли перейти реку вброд, военные джипы проскакивали реку лишь по инерции, когда со всей мощью мчались к реке. Когда в степи наступал сезон дождей, эта река часто прерывала связь внешнего мира с пастбищем, иногда на целый месяц. Чень Чжэнь и Ян Кэ начали обсуждать, как перейти реку, но джип уже доехал до берега реки, когда они посмотрели вниз, то сразу обомлели. Когда они уезжали из степи, в старой реке ещё было стремительное течение, сейчас она обмелела — обнажились камни, на русле реки остался лишь мокрый крупный речной песок и щебень, поверхность пересохла, и было только несколько тонких извилистых ручейков, блестящих земляных червей. Джип легко перешёл реку, но у них на сердце стало ещё тяжелее.
Прошло немного времени, Чень Чжэнь с Ян Кэ как будто вошли на степное поле сражения: на широком пространстве Элунь везде были расставлены цементные сваи и железные сетки. Джип, как оказалось, шёл в проходе, образованном сооружениями. Чень Чжэнь внимательно смотрел сквозь железные сетки и заметил, что каждое пастбище, окружённое ими, занимает площадь в несколько сотен му, там трава выше, чем снаружи, но всё же по-прежнему просматривается песок:
— Вот это то, что называется «склад травы». После того как пастбища отдали в семейный подряд, каждая семья огородила пастбище для того, чтобы там рождались ягнята, а летом, осенью и зимой они не переезжали на сезонные пастбища, — сказал Ян Кэ.
Чень Чжэнь усмехнулся:
— На сколько хватит этого небольшого количества травы?
— Я слышал, что в эти годы все скотоводы стали уменьшать поголовье своего скота, некоторые уже уменьшили в два раза, — ответил Ян Кэ.
Ещё они проезжали мимо нескольких «складов травы», и оба заметили, что
между каждыми были построены три-четыре дома из кирпича и с черепичными крышами, а также круглые сараи для ягнят. Но сейчас в домах никого не было, трубы не дымили, перед дверями не было собак и телят. Скотоводы, возможно, переехали на бесхозные пастбища в глубине гор, отогнали туда скот. Глядя на железные сетки в степи, Чень Чжэнь с тяжким раздумьем сказал:
— На этом пастбище, где разводят самых известных монгольских боевых лошадей, в прошлом ведь никто не боялся и не ставил железных сеток?
Друзья продолжали двигаться вперёд, они хотели скорее увидеть людей. Однако, обогнув хорошо знакомый горный хребет, достигнув мест, где раньше было управление пастбищ, увидели, что там везде пески и растёт редкая трава, беспорядочно снуют мыши, кругом мышиные норы, похожие на змеиные, около нор повсюду насыпаны кучки песка. Бывших строений из кирпичей уже не осталось. Кругом были только пески и мыши.
Чень Чжэнь вздохнул:
— В степи без волков королями стали мыши. Копают глубокие норы, запасают зерно.






