На пастбищах было множество коров и овец, около десяти разных стад, стада были крупные, каждое от трёх до четырёх тысяч голов. Скотоводы здесь превратились
из кочевых в оседлых.
Ян Кэ достал бинокль, внимательно посмотрел и заметил:
— Здешние овцы к тому же и очень огромные, мы с тобой тогда ещё не пасли таких больших овец, эти здоровее раза в два. Как чабаны не устают?
— Раньше овцы были общественные, а сейчас, когда их распределили по хозяевам, каждый и откармливает как следует, — сказал Чень Чжэнь.
Чень Чжэнь, увидев такие процветающие оседлые пастбища, однако почувствовал в душе какую-то пустоту. Раньше, когда пасли скот в разные сезоны на разных пастбищах, скотоводы не беспокоились, что трава будет съедена без остатка. Но сейчас, кроме «склада травы», больше нет других пастбищ. Им хотелось узнать, как скотоводы собираются жить дальше? Чень Чжэню показалось, что это последний, «фальшивый» расцвет монгольской степи.
Навстречу джипу приближались два мотоцикла и быстрая лошадь. Наконец-то Чень Чжэнь увидел всадника. Мотоциклы всё же опередили лошадь, затормозили перед машиной. Чень Чжэнь и Ян Кэ радостно закричали:
— Баяр! Баяр! — Они вылезли из машины и стали обнимать Баяра, как родного.
Баяр кричал:
— Чень Чжэнь! Чень Чжэнь! Мама, как увидела машину, сразу сказала, что это ты приехал, она послала встретить тебя! — Потом обнял Ян Кэ и произнёс: — Мама сказала, раз Чень Чжэнь приехал, то ты тоже обязательно приедешь. Давайте скорей к нам домой.
Двое молодцев слезли с лошади и мотоцикла, подошли к друзьям. Баяр объяснил, что это его сыновья, одному на вид было шестнадцать-семнадцать, а другому — четырнадцать-пятнадцать лет. Баяр сказал, что их сейчас отпустили на летние каникулы, они только что приехали из уезда.
Дома встреча была радостной, все обнялись и расцеловались. Их семья сейчас имела огромную каменную овчарню, больше раза в три, чем раньше в производственной бригаде. Внутри овчарни была отдельная комната, где находилась телевизионная антенна и ветряной двигатель. Около западного окна дома стоял накрытый тентом джип старой модели. Вокруг дома и овчарни на расстоянии одного ли был сплошной песок и росла очень редкая серая трава высотой в половину человеческого роста.
Чень Чжэнь и Ян Кэ вынесли из машины много угощений, еды и
питья, сигарет, подарков. Гостиная у Бату и Гасымай была не меньше сорока квадратных метров, хорошо обставлена. На стене висел большой ковёр с портретом Чингисхана, он со стены обозревал своих потомков и гостей Чень Чжэнь почтительно встал перед портретом.
— Один из родственников отца из внешней Монголии, когда навещал нас, принёс ковёр в подарок.






