— Все не так…
— О, я сейчас устрою, как надо! — прервал его тот.
Только Глеб отвел руку для замаха, как Карина крепко обхватила его за спину, оттягивая на себя.
— Что вы творите! Меня только что чуть не изнасиловали, а Алексей спас! — на одном выдохе выпалила девушка.
Булавин словно окаменел в ее объятиях. Каждая мышца была напряжена до предела. Сознание никак не могло воспринять эту новость.
— Что? — хрипло переспросил.
— На меня в душе напали, и если бы не Ферзь… — сдавленно произнесла Карина, не выпуская спину шефа из рук.
— Это
так? — Глеб посмотрел в упор на спортсмена.
— Почти… — нервно сглотнул Ферзь. — На самом деле, когда я влетел сюда, тот козел уже валялся на полу. Наша крошка — грозный противник.
Булавин по-прежнему не мог справиться с собой. Напряжение не отпускало. Карина упрямо тянула его на себя, а Лешка медленно поднял руки вверх, в знак капитуляции.
— Шеф, простите, я действительно не при чем…
Глеб тяжело вздохнул и ослабил хватку. В голове все переворачивалось. На его помощницу напали… Пытались изнасиловать…
Карина убрала руки и сделала шаг назад. Все тело горело от прикосновения к железной спине начальника, а махровое полотенце так и норовило свалиться с груди.
— Кто это был? — собранным, ледяным тоном спросили Булавин, но потом, заметив испуганный взгляд девушки, поморщился и махнул рукой. — Иди, Ферзь, я позже к тебе зайду.
Тот не стал спорить. За сегодняшний вечер он лично убедился, что мирный и всегда разумный шеф способен превратиться за долю секунды в бешеного монстра.
— Ну, я пошел, —
парень отряхнул джинсы и посмотрел на девушку. — Мое предложение в силе. Если надо — зови.
— Иди уже, спаситель хренов! — подтолкнул в спину шеф.
Как только на лестнице стихли шаги Ферзя, Глеб повернулся к Карине. Во взгляде мужчины больше не было гнева и напряжения, скорее — усталость и вина.
Только что он чуть собственноручно не отделал капитана своей команды, да еще прилюдно. Но и это не так уж важно. Хуже было другое — он не проследил, не обеспечил безопасность этой, совсем еще молодой, девушки.
Одинокая лампочка под потолком тускло освещала комнату, а женская фигурка в углу больше напоминала привидение. Маленькое, испуганное привидение.
Сердце предательски дрогнуло.
— Карина, я очень сожалею… — слова давались с трудом. — Скажи, он не успел навредить тебе?
Девушка поплотнее укуталась в полотенце. Находиться здесь без одежды наедине с Булавиным становилось все волнительнее, и этот его отчаянный вид…
— Нет, Глеб Викторович. Все хорошо, — она старалась говорить как можно спокойнее. — Я хорошо умею за себя постоять. Испугалась немножко и все…
Глеб еле удержался, чтобы не обнять ее.






