Маска выпала у Николь, когда
она закричала: к счастью, скорость лифта была такой огромной, что девушка при всем желании не смогла бы сделать вдох. Она ничего не видела и ничего не слышала, кроме оглушительного скрежета металла. Распластавшись на решетчатом полу, она почувствовала тяжесть другого тела сверху, когда внезапно ее кожу обдало жаром. Девушка снова закричала.
– ЗАКРОЙ ГЛАЗА! – проревел у нее над ухом Малик, набросив ей на голову влажный капюшон. – СПРЯЧЬ ЛИЦО И НЕ ПРИКАСАЙСЯ НИ К ЧЕМУ ГОЛЫМИ РУКАМИ!
Николь, не соображая ничего из-за страха, сначала не поняла, что Дэвид от нее хотел, но потом почувствовала, как ее пальцы, все еще стискивающие решетку, начало жечь. Металл нагревался с поразительной быстротой, словно сковорода на плите. Обмотав руки в рукава плаща, что тоже, на самом деле, было временным решением проблемы, Николь зажмурилась и начала молиться. Она даже не понимала кому, собственно говоря, молилась; не понимала, с каких пор она, вообще, верующей заделалась, но она вдруг почувствовала, что сейчас ей было просто необходимо во что-то верить, иначе она бы просто сошла с ума. Воздух становился все горячее, Николь чувствовала жар даже сквозь одежду, а от одной мысли о Дэвиде, оставшемся без какого-либо прикрытия, у нее и вовсе началась истерика. Девушка начала вопить и задыхаться от раскаленного воздуха и пепла, ей вдруг стало не хватать кислорода… Ей нужно было понять, что происходит, но из-за капюшона, который Малик на нее напялил, она ничего не видела. Мотая головой из стороны в сторону, Николь все пыталась снять с себя эту несчастную тряпку, параллельно с этим осознав, что плащ почти совсем высох. Он был таким тяжелым, неподъемным от пропитавшей его воды, но теперь он высох, он высох за какие-то несчастные секунды…А на Дэвиде не было ничего, кроме чертовой жилетки.
– Д…дэвид?! – давясь удушливым воздухом, закричала девушка. – ДЭВИД!
– Тормози!!! – над головой девушки ожила рация. – Тормози, Дэвид! – вопил с той стороны моста Арчер. – На счет три! Раз..
Внезапно тяжесть, придавливающая девушку сверху, исчезла.
– Два…
Николь, наконец-то сбросила капюшон, и бросилась к едва стоявшему на ногах
Дэвиду. Но стоило ей подойти, как мужчина оттолкнул ее назад.
– Три!
Малик резко дернул за рычаг и взвыл. Его кожа, стоило ей соприкоснуться с металлом, моментально стала красной, а затем бордовой: она начала трескаться, и из трещин сразу же начала сочиться кровь. Мост, тем временем, мощно тряхнуло, и Николь, которая снова торопилась на помощь Дэвиду, опрокинуло назад. Искры начали сыпаться там, где скользили рельсы, по мере того, как лифт тормозил.






