Ты заслуживаешь лучшего, чем то, что я тебе дал. Может быть, даже лучше, чем я могу дать тебе. Но я люблю тебя. Это всегда было правдой. Я люблю каждую разбитую часть твоей души и то, насколько хорошо она подходит к моей сломанной душе. — Он ненадолго отводит взгляд, вытирая уголки глаз. Выпускает дрожащих вздох. — Не знаю, как вы, люди, делаете это. Очень тяжело стоять здесь и говорить. Но я рад, что решился. И что бы ни случилось, я собираюсь вернуться. Возможно, не сюда. Не хочу вторгаться в пространство Джессики. Вы ее семья, и она много рассказывала о вас. Но я буду продолжать говорить. Я отказываюсь быть человеком, который прячется от правды.
Я едва могу дышать. В горле пересохло, нос горит и щиплет от надвигающихся слез. Огонь горит в моем сердце, удерживая меня на месте, красивое пламя, горящее только для него.
Я люблю тебя.
Люблю тебя.
Люблю.
— Спасибо, Кейр, — наконец говорит Пэм. Затем застенчиво смотрит на всех нас, она тоже вот-вот расплачется. — Вау, довольна впечатляющая
история.
Кейр лишь кивает.
— Спасибо, что позволили высказаться, — грубовато говорит он.
И начинает уходить.
— Кейр! — кричит она вслед, поднимаясь со стула. — Ты можешь остаться. Уверена, Джессика не возражает.
Все, включая Кейра, снова смотрят на меня.
Он качает головой.
— Будет неправильно. Это ее безопасное место. Еще раз спасибо вам.
Он начинает идти мимо стульев и останавливается, когда доходит до меня. Мое сердце замирает, а тело напрягается.
Кейр наклоняется, пальцами проводя по моему плечу, из-за чего моя кожа начинает гореть.
— Если когда-нибудь тебе понадобится компания, ты знаешь, где меня найти, — шепчет он мне на ухо. Его слова попадают мне прямо в сердце.
Затем Кейр идет вверх по лестнице и исчезает.
А я практически падают от тяжести в груди.
Он был здесь.
А теперь ушел.
***
Я стою на ступенях церкви.
На улице идет дождь, ветер срывает листья с ветвей.
Через дорогу находится паб «Сент-Винсент». Свет, льющий из его окон, обещает безопасное убежище.
Последние двадцать минут я стою здесь, под аркой.
Все остальные, даже Анна, ушли домой. Осталась лишь я. Я написала Кристине, что приеду домой на такси, и не уверена во сколько.
Потому что все не может закончиться вот так.
Я не могу отпустить его, когда он находится всего лишь через дорогу. Он мужчина с большим багажом и огромным сердцем, и я принадлежу только ему.
Я осторожно спускаюсь по ступенькам, теперь по большей части избегая трости, так как собственным ногам доверяю больше, и перехожу улицу. Дойдя до противоположной стороны, я понимаю, что вымокла, ведь у меня нет зонта. Но это неважно. Я этого не чувствую.
Из паба доносятся разговоры, столики на улице пусты, лишь пепельницы заполнены водой. Вода стекает из желобов.






