Смерть отца, который был еще совсем молодым мужчиной, жизнь вдовой с маленьким ребенком —
это ли не наказание?
Просто, в моей голове со словосочетанием «наказание богов» ассоциировались буйства стихии — пламень небесный, расколотая до самых недр земля или страшные болезни — что-то из ряда вон выходящее, необъяснимое и от этого пугающее еще сильнее. И только сейчас я поняла, что наказание может быть не сверхъестественным, а вполне обыденным, но от этого не менее ранящим.
Что может быть проще разъяренного вепря, выскочившего из кустов?
— Можешь, — с грустью покачала головой мама, — я открою дверь, если ты попросишь, не стану запрещать или держать насильно. Но ты должна понимать, что у этого поступка будут последствия. У всех поступков есть последствия…
Первым моим порывом было вскочить с постели и тут же броситься разыскивать ключ от двери, но я себя удержала.
— Что же это за боги такие, что запрещают любящим быть вместе?
— Они не запрещают, а проверяют — сможешь ли ты быть верной их воле, а после награждают каждого по поступкам: сильных — дарами, слабых — испытаниями.
Мама погладила меня по щеке, вздохнула и поднялась.
— Ключ лежит между свадебных скатертей в сенях, — сказала она и снова легла в кровать.
А я снова осталась наедине с необходимостью принять решение. И не смотря на то, что еще несколько минут назад я совершенно была уверена, что, умру, если нынче ночью не увижу Сокола, сделать выбор было непросто.
Наконец,
я поднялась и вышла в сени. Действительно, между новыми выглаженными скатертями, приготовленными для свадьбы, быстро нашелся ключ. С оглушающим металлическим лязгом он повернулся в скважине.
Почти выйдя за порог, я обернулась, потому что мне почудилось, что мама окликнула меня. Но нет, это была только игра моего воображения. Я вновь медлила и боялась сделать шаг на улицу, вновь пыталась найти оправдание своему промедлению. Мне вдруг захотелось объяснить маме, что я решила идти к Соколу не за тем, чтоб нарушать волю богов, а чтобы объясниться с ним и в который раз просить подождать, но вместо этого спросила другое:
— А откуда ты знала, что я именно сегодня соберусь убегать ночью к Соколу?
— Ниоткуда, — ответила мама и мне показалось, что я слышу улыбку в ее голосе, — я запираю на ночь дверь весь последний месяц.
Глава 8
Я выскочила за дверь и побежала по тропинке к старой мельнице. Прохладный ночной воздух приятно холодил пылающие
щеки.
На небе не было ни тучки, и лунный свет хорошо освещал пространство вокруг — я не боялась оступиться или споткнуться, только смотрела вперед в надежде, что вот-вот увижу силуэт возлюбленного. Возможно, ему надоело ждать, и он вышел мне навстречу. Или как раз сидит на пороге покосившегося здания и смотрит на тропу, высматривая меня.






