Доктор провел здесь так много времени (наряду со множеством других врачей), что они могли
бы просто оставить его здесь.
— Думаю, об этом еще рано говорить, — пробормотала я.
Я бы не назвала это юмором; это больше похоже на рассерженный сарказм с намеком на мольбу. С тех пор как очнулась, меня подвергали тестированию за тестированием и громоздкой куче карточек. Мы потратили немало времени на картинки, чтобы я рассказывала о том, что вижу. Они к тому же не были красивыми. Это были изображения вроде коровы, гамбургера, машины, мужчины, женщины и тому подобное. Доктора, по большему счету, просто выясняли, какой объем информации выбросил мой мозг. На данный момент я знала обо всем, кроме хотя бы крохотной детали о себе или о том, как я сюда попала.
А мое имя?
Все еще не имела ни малейшего представления.
Я всех просила, чтобы меня называли Амнезией. Это то, чем я была.
Кем
была. Они думали, что я шучу (эх, может, поэтому док захотел вписать чувство юмора), но шуткой это не было. Им же нужно было как-то меня называть.
— Сегодня никаких карточек. Думаю, можно с уверенностью утверждать, что вы знаете общую информацию о мире вокруг вас.
— И что дальше?.. — спросила я, гадая, какие новые забавы меня ждут.
— Я надеялся, что вы мне расскажете про вчерашний день, — сказал он, будто мы вели дружескую беседу.
— Вчерашний день?
Он кивнул.
— Что вы делали, что ели, с кем разговаривали. Все в таком духе.
— Это все указано в моей карте, — я нахмурилась. — Что бы я ни делала, все туда вносится.
Он коротко улыбнулся.
— Да, я в курсе. Я хочу услышать это от вас. Таким образом, смогу выяснить некоторые подробности о потери вашей памяти. Посмотрим, сможете ли вы вспомнить вещи, которые произошли с момента вашего пробуждения.
Я
пробежалась по своему чрезвычайно волнующему дню, даже добавила часть о том, что мне не нравятся бананы. Медсестра сказала, что они хорошие, но это было ложью. Они были кашеобразными и мерзкими. Я бы не стала больше слушать ее советы относительно питания.
И чтобы получить дополнительные бонусные очки, я в деталях рассказала о том, что вспомнила после пробуждения из комы. Он внимательно слушал, набрасывая заметки поверх бумаги. Было немного странным осознавать, что все мои знания о себе уместились буквально в эту стопку бумаг.
Как я могла так мало понимать себя?
— Мисс? — позвал доктор, и я вскинула голову.
— Амнезия, — напомнила ему.
Он нахмурился.
— Не думаю, что это хорошее имя. Я могу попросить медсестер принести вам книжку с именами для детей, чтобы вы смогли выбрать одно для себя.
— Мне нравится Амнезия, — оспорила я упрямо.
— Почему? — поинтересовался доктор.
Он звучал как психиатр, которая навещала меня.
Пожав одним плечом, я ответила:
— Потому что оно объясняет то, кем я являюсь. Полностью потерявшая память.






