Это выглядело так, словно кто-то привязал к нему веревки, растягивая его как марионетку в разные стороны. Кайли тут же подскочила. Схватив стакан воды с торчащей из него соломинкой, она подошла к нему как медсестра. Хантер смотрел, как она вкладывает белую пластиковую соломинку в его сухие потрескавшиеся губы. В промежутке между глубокими вдохами мужчина потянул воду и медленно глотнул. Ной моргнул несколько раз своими светло-карими глазами, затем осмотрел палату и их взгляды встретились. Глупая ухмылка
сморщила лицо ублюдка, и они улыбнулись друг другу.
— Гребаный Тиран! Ты сделал это, чувак! — Ной сверкнул своими белыми зубами с множеством промежутков. Хантер дразнил его и говорил, что между ними достаточно пробелов, чтобы назвать своих первенцев-близнецов Джин и Деним (Прим.: с англ. сленга Jean — прореха, Denim — дыра). Они выбирали между двумя вариантами, подшучивая друг над другом, все ради развлечения. Кайли присела рядом с братом, а Хантер, поднявшись на ноги, подошел ближе к кровати, чтобы лучше разглядеть павшего солдата. Наклонившись вперед, он положил руку на плечо мужчины. Тот был похож на разбитое стекло внутри воздушного шара — острые костистые фрагменты, обернутые тонкой бумажной кожей.
— Я давно пытаюсь дозвониться до тебя, Ной. Теперь я знаю, почему ты не мог перезвонить, — они смотрели друг другу в глаза без слов некоторое время.
— Возьми стул и сядь ближе ко мне, — сказал Ной. — Кайли, можешь дать нам минуту?
Глаза его сестры расширились, и она села от удивления.
— О, да, — поднявшись с кровати, женщина схватила сумочку и направилась к двери. — Дай мне знать, если тебе что-то понадобится, Хантер, —
сказала она и вышла из палаты. На лице Ноя появилась глупая улыбка.
— Прошли годы, а моя сестра все еще влюблена в тебя, чувак. Иисус Христос. Я сказал ей, что ты не в дерьме, но она не слушает, — Хантер пододвинул стул к больничной койке и, смеясь, плюхнулся на него. — Итак, как дела, чувак? У тебя все хорошо?
— Да, все в порядке, — Хантер провел ладонью по своей ноге вперед и назад. Джинсовая ткань нагрелась от его прикосновения, когда нервы взяли над ним верх. Он откинул капюшон, показав свежую стрижку, где пряди сверху были длиннее, чем по бокам.
— Ты хорошо выглядишь, но не в порядке, Тиран… ты врешь. — Ной закрыл глаза и, улыбнувшись, почесал левую щеку. — Что происходит, чувак?
— Не важно. Моя жизнь такая, какая есть. Мой лучший друг здесь умирает, так что, какое бы дерьмо не лежало на моей тарелке, это ни хрена не значит. Это меркнет в сравнении.
— Умираю? Ты всегда говорил правду. Не юлил вокруг да около, — Ной приподнялся и, ссутулив плечи, сел. — Кайли не хочет в это верить. Она все еще думает, что я могу выздороветь. Она знает, что вероятность мала, но все еще надеется, — он цыкнул.






