Мы вели нашего ребенка в мир без Ордена, без Ноэля Дэвенпорта и без нависшей над нами угрозы мафии.
— Это наша эра счастья, — напомнила я Александру и нежно, как бабочка, поцеловала мягкую головку нашего сына. — Все, что он когда-либо познает, — это радость и свет.
— Да, — пообещал Александр, прижав один из своих толстых и длинных пальцев к пухлой щеке ребенка. — Хотя твоя семья, несомненно, сумасшедшая,
Bella
, поэтому я не решаюсь сказать, что это обойдется без драмы.
Я издала водянистый смешок, проведя носом по макушке ребенка, чтобы вдохнуть немного его сладкого детского аромата.
— У нас есть имя для нашего будущего герцога? — спросил Александр.
Беременность
далась нам обоим эмоционально нелегко. Несмотря на то, что Ноэля больше нет, он все еще преследовал Перл-Холл и наши воспоминания о моей прерванной первой беременности, словно адский призрак. Александр был властным и злобно защищал все девять месяцев, почти не выпуская меня из дома, не говоря уже о том, чтобы выехать из страны, чтобы навестить мою семью или отработать существующие контракты. Мне так же не хотелось расставаться с нашим домом и мужем. Прошло два года с момента окончания наших ужасов, но мне все еще казалось, что не пролетело и мгновения с тех пор, как я вернулась домой в Перл-Холл в качестве его хозяйки, и я не была готова быть вдали от них вообще на протяженный орезок времени.
Всю беременность у меня была утренняя тошнота, ужасные кошмары, которые продолжались еще долго после того, как я проснулась, и ужасный жар, из-за которого Александр установил потолочный вентилятор и четыре напольных вентилятора Dyson в нашей спальне, чтобы я могла поспать несколько часов ночью.
Это было изнурительно, но мы наслаждались каждой минутой. И по некоторому молчаливому соглашению мы были осторожны и не строили слишком много планов на ребенка, как только он или она появится на свет. Мы не узнали пол, не выбрали имени, и дома у нас была только кроватка, потому что Риддик сделал ее для нас в подарок ребенку.
Глупо было со стороны двух взрослых людей поверить, что можно сглазить, но мы так долго переживали такие испытания и горе, что не хотели рисковать.
Итак, у нас не было имени для маленького графа, который лежал у меня на руках.
Но, глядя на его идеальное, красивое личико, я подумала об имени, которое слишком идеально подходило для него.
— А что насчет Эйдона? — спросила я, запрокинув голову, чтобы посмотреть на человека, который ворвался в мою жизнь и протащил меня через ад, чтобы подарить мне королевство, которое мы однажды сможем назвать своим. —
Айдес
или
Айдоней
— одно из менее известных имен Аида.
Красивое, сильное лицо Александра растаяло в одной из его редких открытых улыбок, когда он усмехнулся.






