Если бы только она знала, как выбрать убийцу с мозгами, тогда, возможно, меня бы сейчас здесь не было.
Забавно, что у жизни есть свои жестокие способы превратить мою жизнь в полное дерьмо.
С лица Арианы исчезает всякий румянец, и она смотрит на спускающегося мужчину так, словно дьявол лично пригласил его. Лестница ведет вниз мимо моей камеры, так что все, что я вижу, — это его отвратительные дорогие туфли и черные костюмные брюки, которые становятся немного ближе с каждым шагом, который он делает. Хотя к тому времени, как он достигает половины пути, его руки болтаются вдоль тела, и я еще замечаю большие золотые кольца, украшающие его короткие, толстые пальцы.
Этот чувак определенно из мафии. В этом нет никаких сомнений. От него исходят флюиды Джованни, но… сверх того, как будто он пытается компенсировать что-то, чего ему не хватает, и, учитывая,
где он находится, я могу гарантировать, что ему многого не хватает.
Ариана упирается ногами в землю и отталкивается, отползая все дальше и дальше, и буквально через несколько секунд ее спина прижимается к самому дальнему углу камеры. Мое сердце бешено колотится в груди. Ариана всегда была такой собранной, даже когда Маркус пригвоздил ее к двери ножом в руке, но эта женщина, которую я вижу в камере напротив, мне совершенно незнакома. Не нужно иметь большого ума, чтобы понять, что она уже подвергалась насилию со стороны этого человека.
Она оглядывается на меня, и впервые я боюсь за нее. Призрак в ее глазах выдает ее самые темные секреты, а едва заметное покачивание головой и отчаяние на ее лице предупреждают меня, что то, что должно произойти, должно остаться в пределах этой камеры.
Сделав еще три шага, мужчина спускается в подвал, и я вижу его таким, какой он есть, — невысоким, коренастым, эгоистичным мудаком, который думает, что мир должен ему киску и уважение, только это две вещи, которые он не может получить,
не заплатив за них.
Он немедленно начинает сканировать камеры, и я закрываю глаза ровно настолько, чтобы смотреть сквозь свои длинные ресницы, продолжая хитрую уловку. Я замираю, и сосредотачиваюсь на том, чтобы делать неглубокие вдохи и задерживать их как можно дольше, полная решимости не позволять своей груди подниматься и опускаться и доставить мне всевозможные неприятности. Мне просто повезло бы погибнуть из-за того, что мне нужен кислород.
Мужчина поворачивается в сторону, противоположную камере Арианы, и направляется ко мне, и когда он подходит ближе и встает под свисающую флуоресцентную лампу, я поражаюсь знакомому лицу… только оно немного другое.
Более низкая, молодая и менее привлекательная версия Джованни стоит передо мной, его пристальный взгляд прищурен к моему телу, пока он пытается определить, что, черт возьми, здесь произошло.






