И когда он увидит меня с
ней, я встречу его с тем же взглядом на лице, с которым он встретил смерть моего старика.
Две внушительные войны привели меня к третьей войне: Кили Ши Райан.
Увидев ее на кладбище и несколько раз после этого, хотя она меня не видела, я не сомневался, что из всех войн, с которыми мне придется столкнуться, Кили Райан станет для меня самой кровавой.
Назовите это чертовым предчувствием, но она была сильной девушкой с острым языком и, похоже, не знала значения слова «отступить». Несмотря на то, что я был выше ее и намного шире, она все равно сказала мне, что хочет ударить меня по лицу. Если бы у нее был этот ее лук и стрелы? Я понимал, что она способна взгреть меня, оставив на моем теле отметины. Похоже, у нее не было фильтра, и она не умела держать в узде свой характер.
В течение нескольких месяцев после встречи с ней на кладбище я следил за ней и Стоуном, чтобы убедиться, что их отношения развиваются в правильном направлении. Он околдовывал ее, и если она и велась на его уловки, то я бы позволил Стоуну называть меня ублюдком ради удовольствия. Она убедила себя, что влюбилась в него. Она даже согласилась поехать с ним в Луизиану после Нового года для знакомства с членами его семьи.
Кили рассказала своим родным какую-то ерунду о том, что едет на гастроли по приглашению магазина, торгующего луками, где она работала, чтобы не говорить им о том, что собирается встретиться с семьей Стоуна - чертовой кучкой полицейских, за исключением одного двоюродного брата, который был пожарным. Между собой они называли его чудаком. (
Ха-ха-ха
– так чертовски банально.)
После того, как поездка состоялась, а вспыльчивая Кили не предложила Стоуну познакомиться с ее семьей, они поссорились. Она бросила ему какую-то ерундовую отговорку о том, что ей нужно
время. Его терпение подходило к концу, и я понял, что скоро он возьмет дело в свои руки и «случайно» столкнется с одним из двух ее братьев, живших в Нью-Йорке. Двое других жили с ее родителями в Шотландии.
Скотту не нравилось, когда он не получал того, что хотел, когда чего-то сильно желал.
В этом мы были с ним похожи. Может быть, поэтому он меня и ненавидел. Мы были слишком похожи, но находились по разные стороны закона. Герои иногда переступали черту, отделявшую их от злодеев, чтобы поступить правильно, хотя Стоун так не считал.
Мне стало гораздо легче разобраться во всем, когда я нанял ее брата, Харрисона (или, как я предпочитал его называть, Малыш Хэрри), в качестве своего личного адвоката. Он был умным парнем, башковитым, но у него был один существенный недостаток - он влюбился в лучшую подругу своей сестры, бедную девушку по имени Мари.






