– Я не любитель нежностей, - говорю я, наливая в графин горячий кофе и завинчивая крышку. Мне требуется секунда, чтобы осознать, что шум на кухне полностью стих. Когда я оборачиваюсь, пять пар глаз Стюартов устремлены
на меня.
– Что?
– Любитель, - заявляет Харпер.
–
Еще какой
, - вторит Рив.
– Бабуля, - говорю я, - помоги мне.
– Не могу, - отзывается она, выкладывая яичницу-болтунью на блюдо.
– Девочки говорят правду. Ты проявляешь нежность, потому что влюблен.
– Вы втюрились друг в друга, - подтверждает Сойер.
– Это не так уж плохо.
– Что не так уж плохо?
– спрашивает Паркер, влетая на кухню.
– Где
ты
была?
– спрашиваю я.
– Хороший вопрос!
– щебечет Рив.
– Разве ты не в этой толстовке была вчера?
– спрашивает Сойер.
Пока они устраивают Паркер допрос с пристрастием вместо меня, я наполняю свои руки графинами с кофе и незаметно ретируюсь в обеденный зал.
***
Когда
две недели назад мы подали заявление в полицию на Рамону, Джо пообещал заехать в Kozy Kone и поговорить с ней о том, чтобы оставила нас с МакКенной впокое. К моему удивлению и облегчению, с тех пор она нас не беспокоила. Да, она бросает на нас неприязненные взгляды всякий раз, когда мы сталкиваемся с ней, но она больше не устраивает сцен, не угрожает нам и не уничтожает ничего из моего имущества.
Думаю, мои сестры были правы; Рамона наконец-то поняла, что я двигаюсь дальше, и она тоже решила не стоять на месте… вот почему я поражаюсь, увидев ее стоящей перед “Пурпурным пастернаком”, когда завожу МакКенну на смену.
– Что здесь происходит?
– спрашивает МакКенна, когда я паркуюсь.
– Понятия не имею.
– Я наклоняюсь, чтобы поцеловать ее на прощание.
– Хорошего дня, да?
– Да, - отзывается она, глядя на Рамону, которая, прищурившись, смотрит на нее в ответ.
– Напиши мне, что бы это ни было, ладно?
– Обязательно, - обещаю я, снова целуя
ее.
МакКенна выскакивает из машины и направляется на работу, а я на секунду задумываюсь. Я не хочу разговаривать с Рамоной, но она, очевидно, хочет со мной поговорить. Если я проигнорирую ее и уеду, то просто отсрочу неизбежное. Я опускаю стекло, и она неторопливо подходит ко мне.
– Чего ты хочешь?
– спрашиваю я.
– Привет, Таннер. Привет, Рамона. Рада тебя видеть. Как у тебя дела?
– Она пытается быть милой, но это выглядит как пассивная агрессия, наводящая ужас.
– Привет, Рамона.
– Так лучше, не правда ли? Более цивилизованно. Более вежливо.
Я смотрю на часы.
– Мне пора ехать. Тебе что-то нужно?
–
Нужда
– такое забавное слово, да? Я имею в виду, что есть много вещей, которые я
хочу
... но нужда? Это другое.
– У меня нет времени на игры, - говорю я, протягивая руку к переключателю передач.
– Стой. Стой. Стой!
– кричит она, бросаясь вперед и вцепляясь ногтями в дверцу машины, поверх опущенного стекла.
– Ближе к делу, Рамона.






