— Ты меня раскусила, Барбариска, — он протер большим пальцем уголок моего рта. — Сейчас тебе такое пойдет на пользу.
Он снова так назвал меня. В груди будто нарыв подернуло. Я застыла в его глазах.
— Почему так смотришь? — он изучал мои.
— Почему так называешь?
— Да само как-то, — он смущенно прочистил горло, — вырвалось. Не называть?
— Называй, — не знаю почему вдруг так запросто ему ответила.
— Супер, — он ковырял ногтем тарелку.
— Когда мне нужно уйти?
Он снова поднял на меня глаза.
— Сначала тебе надо выздороветь, — он вернул взгляд в тарелку. — Там разберемся. Давай, — он отставил тарелку и протянул мне таблетку со стаканом воды. Я выпила, даже не спросив, что за лекарство.
— Где ты спал эту ночь? — я лежала на боку и смотрела, как он стелил себе на кресле. Выпрямился и посмотрел на меня.
— Возле тебя.
— Нет, — я мотнула головой. — Ты спал со мной.
Он замер. Я видела отсюда, как блеснули
его глаза.
— Не одно и то же будто, — наклонился и взбил подушку.
— Не одно и то же.
Он выпрямился, но не обернулся.
— Ты обнимал меня.
— Я хотел тебя согреть, — он повернулся и устало присел на подлокотник кресла, сцепив кисти в замок. Рассматривал свои пальцы.
— Я знаю. Поверь, я очень хорошо знаю, — слезы наворачивались, надо же. — Ты, ты предельно понятно тогда выразился.
Он поднял на меня глаза. Я не могла понять, что выражал этот взгляд.
— Я не стану больше так себя вести, — я увела глаза на секунду в стену. — Больше никогда не стану… приставать к тебе. Я уважаю твои границы и, и твои отношения, — я все еще смотрела куда-то в сторону. Стало так больно почему-то. Так омерзительно больно. — Ты прости.
— Порядок, — он перебирал пальцы.
— И я, я никогда не предлагала себя, — я поморщилась. — Да и зачем? Они брали сами, — я выплюнула какой-то нездоровый смешок, — порой им и согласие не было нужно, — я подтянула повыше одеяло. Я чувствовала его обжигающий взгляд почти физически. Только бы не заплакать. — Ты первый, кому я предлагала секс.
— Почему? — он сглотнул, я услышала по сдавленному тембру. Я не была уверена, стоит ли быть с ним откровенной, но все же продолжила:
— Я первый раз захотела кого-то так сильно, — я вдруг нервно рассмеялась.
— Ну да, конечно, — он выплюнул смешок следом.
— Так не было никогда. Как возле тебя. Меня пробрало насквозь. Импульс был такой мощный и такой хороший. Черт, как же здорово хотеть чего-то вот так, — я почувствовала слезы. — Это такое настоящее чувство, волнующее. Я такой живой себя ощутила, — слезы ползли по переносице на подушку. — Ты пах чувственной свободой.
—
Я не очень понимаю.
— Не поймешь. Что такое ничего не чувствовать. Себя не чувствовать. Ты должен наполняться, а внутри вместо этого разрастается пустота. Раз за разом.
Я задумалась.
— Я просто хотела чувствовать. Тебя. Себя рядом с тобой.






