Невероятно! Непостижимо! Поразительно!
Я вертела головой во все стороны и все никак не могла поверить в реальность окружающей меня обстановки. Идеальный паркет блестел, стены гордо сияли свежей краской, окна изумляли прозрачностью, потолок больше не мог похвастаться пылью и паутиной, барная стойка… и та ослепляла первозданной чистотой.
Я так загляделась, что не заметила, как ко мне подкатилась бочком сова. Едва не споткнулась об нее, пока бежала к камину, там ярко бушевало пламя, уютно треща дровами, и там же, на уровне глаз, висел огромный плакат.
— Это мой кра-а-аш! — восторженно просипела Таверна, заставив меня от неожиданности подскочить на месте.
— Кто-кто? — ошеломленно переспросила я.
— А это, — лениво отозвалась Пурга возле моего правого бока. — Это я ей вчера картинки других таверн и трактиров показывала… Татьяна? Ты побледнела. С тобой все хорошо?
Я присела на корточки, заглянула в желтые глазищи и прошептала:
— Знаешь,
что
ты сделала?
— Да я же говорю, картинки…
— Нет, Пурга, ты сделала невообразимое! Благодаря тебе у нас уже сейчас есть возможность громко объявить об официальном открытии таверны «Усталый путник». Пурга! Ты сэкономила нам золото, силы и нервы! Проси чего хочешь!
— Поспать, — зевнула моя подруга, видимо, не до конца осознав,
что
она совершила, — Могу я идти?
—
Да, конечно. Приятных снов, дорогая.
Сова тут же поспешила на второй этаж, а я все никак не могла прийти в себя от радости.
— Таверна!
— Да?
— Ты красотка!
— Думаешь, я бы понравилась тому трактиру? А если я еще веранду отращу, это не будет вызывающе? А, может, мне…
— Таверна, подожди, а Аластор уже знает, какой ты стала прекрасной?
— Нет, — мне показалось, в ее голосе промелькнули нотки обиды, — Он даже не заметил, спустился, поел, ушел в свою комнату и спит там.
— Ай-яй-яй, — покачала я головой. — Ну, ничего, сейчас мы его обрадуем.
Я вбежала по лестнице на второй этаж, подошла к двери кота и замерла в нерешительности. Он так не хотел показывать мне свою комнату. Но мою-то видел!
Собравшись с силами, отринув колебания и твердо уверившись в своей правоте, я тихонько отворила дверь, проскользнула в номер Аластора и… села. Ноги отказались держать меня. Всего минуту назад я думала, что сегодня меня точно уже невозможно удивить. Как же я ошибалась!
Такое может не только удивить, но и наградить седыми волосами и пожизненным заиканием, а также тахикардией и поспешным отправлением в гостеприимное заведение с мягкими стенами и заботливым персоналом.
Сдержав
крик ужаса, я попыталась открыть дверь, но ее словно заклинило, и мне ничего не оставалось, как прислониться к ней спиной, поджать под себя ноги и молиться, что передо мной галлюцинация, вызванная переутомлением и безмерным возлиянием горячительных напитков.






