ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Мемуары, Автор - Понятовский Станислав, Серия - Тайны истории в романах, повестях и документах, , Жанр - Биографии и мемуары, Документальная литература. Читать бесплатно и без дополнительных условий, книга полностью. Мемуары Понятовский Станислав Мемуары, Автор - Понятовский Станислав, Серия - Тайны истории в романах, повестях и документах, , Жанр - Биографии и мемуары, Документальная литература. Читать бесплатно и без дополнительных условий, книга полностью. С БЕЛЫМ СВЕТОМ — ОДИН НА ОДИН Мы предаём непростительному забвению восемнадцатый век. Не то, чтобы мы мало о нём знали, или говорили, или писали о нём. По архивным документам, по трудам историков, по учебникам, по кое-каким романам даже, мы в любой момент можем выяснить, кто когда родился и умер, кто с кем и по какому поводу воевал, сколько стоило в 1759 году прокормить одну лошадь... Регулярно появляются книги, исследования о той эпохе — всё это так. И беда не в объёме или достоверности наших знаний, а в том, что они, как правило, умозрительны. За статистическими данными мы не ощущаем дыхания века, породившего титанов, прокладывавших человечеству путь. «Ум был достоинство, держава, — записал кн. П. Вяземский. — Цари искали союза с ним». Лишь особо чуткие из нас способны вздрогнуть от ужаса, представив себе, что их разит своей насмешкой Вольтер, или различить оттенки характеров энциклопедистов, или Свифта, или Канта или представить себе явственно взлёт «из грязи — в князи» светлейшего Меншикова, или расслышать в грохоте

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

А посылка зелёных юнцов в Европу учиться осталась, быть может, самой мудрой акцией царя-плотника, ибо она была устремлена в будущее.

Намного опередив своих сверстников, мысливших по меркам предыдущего столетия, Пётр был человеком восемнадцатого века.

В девятнадцатом ему не дали бы завершить столь гигантские преобразования; чем кончились не меньшие, пожалуй, по масштабам замыслы его пра-пра-правнука — хорошо известно...

Вот почему для нас, замороченных политиканством и цивилизацией, так существенно воспринимать людей восемнадцатого века

живыми

. А весточки «оттуда», из сердцевины этого бурного века так редки, тем более, весточки, впервые публикуемые по-русски. И с этой точки зрения мемуары Станислава Понятовского с полным правом могут быть названы подарком судьбы: откройте первую страницу, и вы сразу же окажетесь

подключённым к той далёкой эпохе, причём, подключённым чисто, без «романного обмана».

Двести лет мемуары эти терпеливо ждали своего часа, а ведь их ценность многократно возрастает от того, что это не частные заметки случайного автора — путешественника, ведущего дневник, или авантюриста, или придворной дамы, или монаха, или чьего-либо секретаря... Перед вами записки человека, к которому на протяжении нескольких десятилетий сходились сотни разнообразнейших нитей — и политических, и административных, и военных, и дружеских, и родственных, семейных, и сугубо личных, даже интимных — из многих европейских стран, из России, в том числе, что для нас, разумеется, не просто интересно, а можно сказать — драгоценно.

Автору посчастливилось привлечь к себе внимание многих ярких современников, занимавших значительное положение в Польше, России, Англии, Франции, Австрии — и он лаконично, но явственно, а подчас и образно запечатлевает живыми этих людей, давая им далеко не общепринятые, или официальные, или «стёрто-исторические», а оригинальные характеристики.

Важно, что автор не идёт на поводу у молвы, да и не фальшивит, как будто, в главном и самом для мемуариста трудном: во взгляде «со стороны» на собственную персону. У нас есть основания доверять его искренности и в других вопросах — особенно там, где он подкрепляет свои суждения и оценки ссылками на разного рода документы и письма, бережно им сохранявшиеся, на исторические события, высказывания популярных деятелей эпохи и т. п.

Он мог ошибаться, как почти каждый, кто пишет о текущих событиях, многое мы, само собой, расцениваем сейчас иначе — нам с большей достоверностью известна природа событий и явлений тех лет, — но это никак не умаляет значения записанного тогда, по горячим следам.